Книга Ключ к Эверленду. Хроники Вигора, страница 66 – Юлия Васильева

Его бёдра задают неспешный, властный ритм, будто он кожей читает отклик моего тела. Я жду неловкости, грубости новичка, но в нём нет ни капли неуверенности. Пальцы одной его руки впиваются в талию, а ладонь другой скользит ниже, безошибочно угадывая, как заставить меня вздрагивать от его ласк.

Я оборачиваюсь через плечо, жаждая увидеть его лицо, так и застываю. Эдмонд не просто участвует — он наблюдает. Его взгляд, анализирующий каждое мгновение, пристальный, скользит по дуге моей спины, ловит судороги наслаждения, бегущие по коже, задерживается на рыжих прядях, раскиданных по чёрному шёлку. Этот странный, почти научный интерес, это ощущение, будто я — объект его исследования, не подавляют, а возбуждают сильнее любого прикосновения.

Мужчина ловит мой взгляд. И в тот же миг, в глубине его глаз, я замечаю то, отчего кровь застывает в жилах: очи Эдмонда светятся призрачным серебристым сиянием, будто за ними стоит не человеческая душа, а нечто древнее и бездонное.

Тишина, что приходит на смену страсти, кажется мне зыбкой и опасной. Я боюсь пошевелиться, боюсь увидеть в его глазах раскаяние или ту самую ледяную стену, что отделяет викария от всего живого. Он отвернётся. Он скажет, что это была ошибка. Он будет ждать, что я уйду.

Но Эдмонд лишь тяжело переводит дух, затем по-хозяйски протягивается, и его тело снова оказывается между моих ног. Мужчина припадает к моим губам в долгом, медленном, почти ленивом поцелуе. Затем красавец чуть отстраняется, поправляя мои кудри вокруг лица, и ласково предлагает:

— На втором этаже в этом доме есть неплохая ванная. Вторая дверь слева.

Его пальцы проводят по моему запястью, прежде чем он окончательно поднимается с постели.

— Я принесу тебе полотенца позже. Иди, расслабься в воде. Я ополоснусь здесь, внизу, потом присоединюсь к тебе. — Эдмонд делает шаг к двери, но на пороге оборачивается. Взгляд его остался всё таким же пронзительным, как и всегда. — А потом мы вернёмся в постель.

Я поднимаюсь наверх и захожу в указанную дверь. Посреди просторной комнаты величественно разместилась каменная ванна. Я ожидаю почувствовать холод, прикасаясь к краю, но камень неожиданно тёплый. Мягкий, пушистый коврик приятно ласкает стопы, а в помещении витает дурманящий розовый аромат. Открываю многочисленные шкафчики, в которых разместились соли и аромамасла. Полотенец не нахожу, и это толкает мои мысли не в лучшую сторону. Отгоняю тревогу, как назойливую муху, и беру несколько элегантных масляных флаконов.

Не забываю прихватить и перламутровую соль, пахнущую кокосом.

Меня ласкает уютный пламенный свет от крошечных бра, что спрятались вдоль стен. Ощущаю себя словно в спа, безмятежно и умиротворённо. Но настырные мысли вновь возвращаются и давят с новой силой.

«Сколько таких же, как я, побывали тут? Очевидно, хозяин не пользуется этим помещением, иначе были бы следы его присутствия. Да и на девственника, признаться, Эдмонд не похож».

Ухожу под воду с головой. Спрошу у него лично, гадать тут бессмысленно.

Вода уже успела немного остыть, когда мужчина поднялся ко мне, протягивая мягкое полотенце цвета бургунди. Он накинул простой халат, и мне стало стыдно до неприличия. Будто это я одна виновата в случившемся. Словно старик Тремле оказался прав. Но мой партнёр по греху, кажется, не задаётся вопросом морали. Он не чувствует скованности. Совсем.