Книга Наследие Десяти, страница 75 – Рия Райд

Я бросила на Андрея довольный взгляд, и на его лице отразилось удивление.

— Секретный штаб не был бы секретным, если бы его мог обнаружить случайный прохожий.

— Ладно, – выдохнул он, слегка кивнув. – Признаю, Рейнир Триведди и правда был…

— Гением, – закончила я и повернулась к голограмме. – Сброс до заводских настроек.

Система взвыла и обновила проекцию, оставив лишь поисковую строку и цифровую раскладку.

— Введите код доступа.

Вздохнув, я всего на мгновение прикрыла глаза и мысленно взмолилась о том, чтобы мои предположения оказались верны. Не уверена, что в программу был заложен шанс на ошибку. Коснувшись голограммы, я быстро ввела комбинацию из восьми цифр, и в следующий момент, издав одиночный одобрительный сигнал, изображение потухло.

— Стоит ли спрашивать, откуда тебе известен код? – слабо произнес Андрей, подойдя ко мне и обессиленно облокотившись на соседний ствол.

На его лбу выступил пот, будто на Мельнисе была сорокаградусная жара, а не убийственный холод. Я лишь успела бросить в его сторону обеспокоенный взгляд перед тем, как широкая метровая плита между двумя деревьями отъехала в сторону, освобождая место узкой кабине лифта, через несколько мгновений показавшейся на поверхности земли.

— Не думаю, – сказала я, повернувшись в сторону механических дверей. – Добро пожаловать в пятый штаб.

Лифт опустился вниз ярусов на пять, не меньше, и перед нами предстал длинный, слабо освещенный коридор, очертания которого терялись во мраке. Освободив из крепления лазерное ружье, Андрей быстрым движением руки завел меня за спину и медленно ступил вперед, но, сделав пару шагов, вдруг резко пошатнулся и повалился на пол, согнувшись словно от нестерпимой боли.

— Мне… кажется, мне нужна твоя помощь, – еле слышно произнес он, с трудом шевеля губами. По его неестественно бледному лицу прошла судорога.

Мой взгляд скользнул вниз, к правому боку, к которому он с силой прижимал ладонь. Кровь стекала по ней тонкими струями, оставляя на полу мелкие мутные лужицы. Защитное обмундирование было черным, и, только прикоснувшись к нему дрожащей рукой, я с ужасом обнаружила, что плотная ткань насквозь пропиталась густой субстанцией. Отогнутые края бронежилета открывали огромную кровоточащую рану, из которой торчали сразу несколько мелких, глубоко засевших в теле осколков.

— Дай мне взглянуть. – Я слегка дотронулась до его окровавленной ладони, отводя ее в сторону. Плоть под его пальцами была измельчена так, что на ней буквально не оставалось живого места. Тяжело дыша, я ошеломленно отстранилась, пытаясь представить, как в течение последнего получаса Андрей шел, истекая кровью и пытаясь ничем не выдать своего состояния.

— Ты не обязана возиться с… этим, – процедил он, скривившись не то от боли, не то от моей реакции. – Просто найди, чем ее можно промыть, дальше я сам.

Его слова были хуже пощечины. Облокотившись на пол левой ладонью, Андрей попробовал подтянуться по стене, но локоть предательски подогнулся, и он лишь с грубой усмешкой запрокинул голову, тяжело дыша и пытаясь восстановить силы перед новой попыткой. Я подошла к нему сбоку, протягивая руку и подставляя плечо для опоры.

— Не смей вести себя так, будто все это меня не касается. Не смей, ясно? – Слова рвались сами через пелену гнева. – Пока мы здесь, все, что делаю я, так или иначе сказывается на тебе, а то, что происходит с тобой, влияет на меня! – Я была рада, что Андрей не видел моего пылающего лица, когда я помогала ему принять нужную позу. – Мы в одной лодке – хочешь ты этого или нет, придется смириться.