Книга Молодая госпожа с Лисьей горы, страница 52 – Мо Юэсинь

Ее лицо на миг исказилось, словно я нанес ей невидимый удар. Но в следующий момент она снова выпрямилась, стараясь сохранить остатки гордости.

— Твое присутствие здесь – лишь напоминание о прежних ошибках, – холодно произнесла она, и в ее глазах мелькнула едва сдерживаемая горечь. – Я только хотела защитить семью, защитить Лэ Яня. Ты… ты всегда был не таким, как остальные. Слишком жестокий, слишком… опасный.

— Опасный? – Я шагнул еще ближе, едва сдерживая гнев. – Разве я стал таким сам? Может, это ты своими руками сделала меня тем, кто я есть? Разве не ты отправила меня на войну с отцом, едва я научился держать в руках меч? Сколько мне было лет? Сколько мне было, когда ты пожертвовала моим детством?

Она отвела взгляд, и я заметил, как ее пальцы судорожно сжались в кулак. Этот разговор явно доставлял ей муки, но ни один из нас не собирался отступать.

— Ты так старалась защитить одного сына, что создала из другого чудовище.

— Может, ты и прав, – выдохнула она наконец едва слышно. – Но теперь уже слишком поздно что-то менять.

— Слишком поздно? – Я усмехнулся, горечь прокралась в голос. – Ты говоришь так, будто для меня вообще был выбор, словно моя жизнь когда-то могла быть иной. Я научился убивать раньше, чем любить. Но разве это моя вина? Не испытавший любви матери, не чувствовавший ее объятий, разве я мог стать кем-либо другим, кроме как монстром? И теперь ты пожинаешь плоды своих действий, матушка.

Ее глаза на мгновение наполнились болью, но она быстро спрятала ее за холодной маской. Она вздохнула, будто пытаясь собрать остатки гордости.

— Может быть, – ее голос дрожал, хотя она старалась придать ему твердость. – Но я сделала все, чтобы Лэ Янь не повторил твоей судьбы. Он получил то, что ты никогда не смог бы… – Она запнулась, словно понимала, что заходит слишком далеко, что эти слова обрушатся на нее саму с той же тяжестью.

— То, что я никогда не смог бы? – Я прищурился, едва сдерживая ледяную ярость. – Разве это не я – старший сын и наследник? Разве это не мне принадлежит здесь все? Но ты и это решила отдать ему. Какой везунчик мой младший брат. Но тебе не кажется, что все слишком легко ему достается? Как-то несправедливо, не так ли?

— Се Юнь… – Она с тревогой на меня посмотрела. Словно боялась, что теперь, когда я здесь, то обрушу свой гнев на ее любимого сына.

— Ты никогда не называла меня сыном. Я ни разу от тебя не слышал добрых слов. Но скажи, матушка, если я не твой сын, тогда кто я?

В уголках ее глаз сверкнули слезы. Только вот я больше не верил ей. Не верил ни в раскаянье, ни в любовь. Не она ли сама уничтожила все это во мне?

— Ты… ты был обязан следовать своему предназначению, – наконец прошептала она, избегая встречаться со мной взглядом. – Я сделала то, что должна была сделать ради семьи.

— Ради семьи? А разве я не часть твоей семьи? Может, лучше сразу признаешься, что сделала это ради Лэ Яня? – Я шагнул ближе, не отрывая от нее взгляда. Женщина поежилась, смотря на меня. Теперь она открыто дрожала, напуганная моей близостью. – Ты потратила всю свою заботу на него, защищала его от любых трудностей, а мне оставила только кровь и боль. И теперь, когда я вернулся, ты снова готова отдать все ему и стереть меня из этой семьи?

Она отвела взгляд, ее плечи слегка поникли, но она продолжала молчать. Я вдруг почувствовал, как ее холодное безразличие, ее отказ признать меня пробуждают во мне старую непреодолимую ярость. Но выплеснуть ее я не смог.