Книга Проблемный игрок, страница 115 – Пайпер Рейн

С меня хватит. Хватит притворяться, что все это ничего не значит.

Я прижимаюсь ближе, его ладони скользят с моих плеч на талию, и поцелуй углубляется, стирая все вопросы между нами.

Он отстраняется на долю миллиметра — ровно настолько, чтобы заглянуть мне в глаза.

Я открываю глаза.

Его рука медленно поднимается и ложится на замок у моего горла. Он лишь зажимает его между большим и указательным пальцами, делая глубокий вдох.

Я киваю.

Он медленно тянет бегунок вниз, до самого конца, пока полы халата не расходятся.

— Черт, Хедли, — выдыхает он, и в его глазах полыхает желание, по которому я так скучала. Он сталкивает халат с моих плеч, и тот падает на пол.

Я стою перед ним в тонкой майке и шортах, и он смотрит на меня так же, как смотрел в книжном — как на свою.

— Ты такая потрясающая, — тихо произносит он.

— Я пыталась, — говорю я. — Честно пыталась.

— Я тоже, — наши взгляды скрещиваются. — Наверное, мы просто слишком горячие друг для друга.

Я смеюсь, но он проглатывает мой смех, целуя меня снова.

На этот раз в его губах нет ни капли неуверенности. Его руки ложатся мне на бедра, и он заставляет меня пятиться, пока мои колени не ударяются о край кровати. Мы падаем вместе, его вес накрывает меня — это так знакомо и в то же время так невыносимо по-новому.

— Ты даже не представляешь, как тяжело мне было сдерживаться, — его губы скользят по моей челюсти, шее, спускаются к местечку за ухом. Он помнит все мои любимые точки. Ну еще бы. Он единственный мужчина, у которого есть карта моего тела. — Тебе все еще это нравится?

— Да, — выдыхаю я.

Его руки находят край моей майки. Он бросает на меня еще один взгляд, прежде чем медленно стянуть ее через голову. Я тянусь к его футболке, и он помогает мне, перехватив ее за воротник на спине.

Мои пальцы скользят по его обнаженной груди, и я приподнимаюсь, чтобы поцеловать ямочку у него на шее.

В этом нет ничего нового, разве что только темп. У нас было два года, чтобы изучить тела друг друга, найти то, что работает, раз за разом возвращаться друг к другу и довести до совершенства то, от чего каждый из нас кончает. Но сегодняшняя ночь не похожа ни на одну из тех, что были раньше.

Мы оба это понимаем, но никто из нас не скажет об этом вслух. Потому что тогда все станет слишком реальным.

Он не торопится так, как никогда раньше. Его губы скользят по моей ключице, очерчивают изгиб плеча. Я зарываюсь пальцами в его волосы, и он с шумом выдыхает мне в кожу, словно задерживал дыхание неделями.

Возможно, так и было. Думаю, мы оба задерживали.

— Хедли, — мое имя срывается с его губ тихо и хрипло, разрушая жалкие остатки моего самоконтроля.

— Я знаю, — ему не нужно заканчивать фразу. Я знаю. Я тоже это чувствую.

Что бы это ни было, это точно не «ничего», и уже довольно давно. Рано или поздно нам придется об этом поговорить.

Но не сейчас.

Сейчас его руки на моей коже, его губы у меня на шее, и я притягиваю его ближе в надежде, что мой мозг отключится и я смогу просто чувствовать все это телом.

Я не хочу, чтобы он торопился. Я хочу, чтобы каждая секунда этого момента растянулась. Его вес надо мной, тепло его кожи, то, как он произносит мое имя, стягивая шорты с моих бедер и спуская их по ногам.

Он смотрит на меня, приподнимая одну мою ногу и покрывая поцелуями внутреннюю сторону бедра. Его тело скользит вниз дюйм за дюймом, пока он не оказывается между моих ног, продолжая смотреть на меня сквозь густые ресницы.