Книга Проблемный игрок, страница 108 – Пайпер Рейн

Сердце в груди сладостно сжимается.

— И кто же присмотрит за Таннером, пока его няня, при полном параде, будет ужинать в мишленовском ресторане?

Истон притягивает меня к себе.

— Друзья на то и нужны.

Произнесенное им слово «наши» звучит так, будто они и впрямь стали моими друзьями, но будем честны: едва истечет срок фиктивного брачного контракта, дружбе придет конец. Истон пойдет дальше, найдет девушку, которую полюбят ничуть не меньше, а я однажды наткнусь на их общие фотографии с какого-нибудь лыжного курорта и с грустью подумаю, что когда-то тоже была частью компании.

— Так что скажешь? — Истон слегка наклоняется, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.

Я готова согласиться на что угодно, лишь бы поскорее покинуть номер, поэтому выпаливаю:

— Я согласна. А теперь давай съедим по куску истекающей жиром пиццы.

На его губах играет лукавая улыбка, красноречиво обещающая, что эту ночь мы запомним навсегда.

Именно этого я и боюсь. Воспоминания о вечере станут преследовать меня до конца жизнь, ведь ничего подобного больше никогда не произойдет.

Мы выходим из «Сент-Реджис» и сворачиваем направо, моя рука покоится в руке Истона. Он надвигает бейсболку пониже. У него явно есть четкий план, куда мы идем, и он уверенно ведет нас на более безлюдную улицу.

— Любишь мексиканскую кухню? — спрашивает он, не сбавляя нашего целеустремленного шага. Очевидно, он не хочет, чтобы нас кто-то остановил.

— А кто ее не любит?

Он сжимает мою руку.

— Те, с кем я бы не хотел дружить.

Мы доходим до более тихой части города, и он останавливается перед уютным с виду мексиканским ресторанчиком с красной дверью и ручкой в виде маленького керамического перца чили.

— Ты здесь уже бывал?

— Иначе бы я не рискнул привести тебя сюда сегодня.

Он открывает дверь, и я захожу внутрь. Один только запах уже готов свести меня с ума. Ресторанчик небольшой, наполненный гулом голосов. Над разномастными столиками низко висят гирлянды из голых лампочек. Все места заняты, и никто не утыкается в телефон. Играет живая музыка — трио в углу исполняет что-то такое, от чего бедра сами начинают покачиваться в такт.

Мужчина за стойкой хостес поднимает глаза, и его лицо расплывается в широкой улыбке.

— Истон!

Он выходит из-за стойки с распростертыми объятиями и сгребает Истона, который отвечает на объятие без малейших колебаний. Мужчине на вид лет шестьдесят, с проседью на висках и глубокими морщинками от смеха. Когда он замечает меня рядом, в его глазах читается лишь тепло, без тени осуждения.

— Миссис? — он смотрит сначала на Истона, потом на меня.

— Роберто, это Хедли, — рука Истона ложится мне на поясницу. — Моя миссис.

На лице Роберто сначала мелькает удивление, а затем что-то еще, чего я не могу разобрать. Он быстро переводит взгляд с одного на другого, а затем берет мою руку обеими своими.

— Добро пожаловать, — он произносит это так, словно я его невестка. — Проходите, проходите.

Он берет меня под руку и ведет через ресторан, лавируя между столиками, мимо бара, где два бармена яростно взбалтывают маргариту, мимо пожилой сеньоры, раскатывающей домашние тортильи, мимо кухни, где я краем глаза замечаю вспышки пламени. А затем — по узкому коридору к маленькому угловому столику, наполовину скрытому расписной ширмой и свисающим занавесом из сухоцветов.