Книга Дети Богов и Воинов, страница 144 – Шона Лоулес

Да как они посмели! Как посмели заявиться в мой город и украсть то, что принадлежит моему сыну? Я выбросила руку и почувствовала, как переполнявшая меня сила вырвалась наружу огнем, пламенем и дымом. Все случилось так быстро, что я не успела ни на что повлиять. Моя ладонь извергла такую мощную молнию, что нас с Фальком отбросило на землю.

— Что это было? – спросил Фальк, откашливаясь и поднимаясь.

— Удар… молнии, – ответила я, дрожа всем телом.

Фальк похлопал себя по тунике и огляделся в поисках следов попадания. Вдруг его глаза расширились.

— Корабль! Корабль в огне!

Он отвесив челюсть наблюдал, как гигантские языки пламени пожирают паруса корабля, а в небо поднимаются темные столбы дыма. Ветер донес до нас истошные вопли команды Харальдссонов. Моряки, мгновения назад обращающиеся к Онгвен, теперь отчаянно взывали к своему Богу о спасении.

Онгвен опустила весла. Когда корабль вместе с командой пошел ко дну, она оглянулась и посмотрела на нас. Затем схватила веревку и осторожно обвязала ее вокруг пояса. Даже с такого расстояния я видела, что ее стройное тело закутано в огромную мантию Глуниарна из медвежьей шкуры. Она такая толстая, что один только вес…

— Нет! – Я забежала в воду, чувствуя, как волны хлещут о мои бедра.

Фальк догнал меня, обхватил за плечи мощными руками и потащил назад к берегу.

— Тебя же унесет в открытое море.

— Заставь ее вернуться, Фальк! Ты же умеешь плавать. Пусть она вернется!

Он покачал головой, не ослабляя хватки.

— Тор разгневан, Гормлат. Он поразил молотом корабль Харальдссонов, потому что они предали Ситрика. Только ему судить, что станет с Онгвен.

В его сильных руках я не могла и пошевелиться, но до последнего отказывалась отвести взгляд от беглянки. Когда ее лодка угодила в морской вал, Онгвен почти полностью исчезла за нагромождением беснующихся волн. Отчего же она так поступила? У нее ведь было все: Ситрик, ребенок, золото и украшения, которым завидовал весь Дублин. Зачем ей понадобилось подвергать мужа унижению? Нет, Онгвен не заслуживает быстрой смерти. Ее надо живьем разорвать на клочки.

— Фальк! – вскричала я. – Заставь ее вернуться. Сядь в другую лодку и приведи ее к берегу.

— Слишком поздно, – тихо молвил он. – Ее уже не спасти.

Я взглянула на море. Когда следующая волна разбилась о берег, на ее гребне показалась пустая лодка. Она недолго скользила по воде, едва удерживаясь на краю, а затем ненасытное море разверзло серую пучину и утащило ее на дно.

Фоула

Король Бриан и его сыновья возглавляли манстерскую процессию, а за ними шеренгами по двадцать человек следовали воины. Те, кто мог позволить себе скакунов, ехали в первых рядах. Я хорошо знала лошадей и понимала, что они чувствуют настроение всадников, и то, что они спокойно вышагивали бок о бок, многое говорило об их выездке.

Верховный король Шехналл и его клан ждали на противоположной стороне равнины. Я считала, что король Бриан привел с собой шестьсот воинов из чрезмерной осторожности, но я ошибалась. Сопровождение Шехналла вдвое превышало наше.

Я ехала в задних рядах вместе с принцессами и их спутницей Кивой, со всех сторон нас окружали отборные воины короля. Предупреждение Колмона никак не шло у меня из головы: «Томас думает, что дело кончится побоищем». Я огляделась. К западу от равнины раскинулся лес… Если что-то пойдет не так, я скроюсь в густых зарослях, и смертные воины ни за что не отыщут меня.