Книга Слова Королей и Пророков, страница 64 – Шона Лоулес

Я осторожно провела по узловатым отметинам, покрывавшим левую половину моего лица. В Киллало я всем рассказала, что получила эти ожоги во время пожара в Ласке. На самом деле я нашла у алтаря сгоревших заживо монахинь, которых заперли внутри пылающего монастыря Ситрик Шелкобородый и его воины, а потом позаимствовала эту историю, чтобы объяснить шрамы, оставленные чародейством Гобнет. Теперь мне казалось, что я поступила неправильно, воспользовавшись чужой трагедией.

— Нет, я просто рада, что Мария сумела спастись. Как же отважно Колгу бросился ей на выручку!

Кринок улыбнулась мне, явно радуясь, что я не пустилась в беспомощные рыдания.

— Да, он настоящий храбрец. Как раз поэтому я к тебе и пришла. Колгу обжег руки и плечи, когда убирал балку с прохода. Он утверждает, что ничего не болит, но мне эти ожоги не нравятся.

Я последовала за ней к Марии и Лукреции, которая по-прежнему не отходила от дочери ни на шаг. Колгу с друзьями стояли неподалеку. Незнакомый мужчина постарше бережно омывал руку юноши водой, хотя внимание самого Колгу было полностью посвящено Марии.

— Кринок говорит, что ты обжег руку, – сказала я. – Можно взглянуть?

Колгу протянул было руку, но его старший товарищ поспешно оттолкнул его:

— Нет, с ним все хорошо. Помощь нам не нужна.

— У меня есть мазь от ожогов, – заверила я, протягивая руку. – Обещаю, больно не будет. Я просто хочу взглянуть, насколько все плохо.

Колгу, однако, сделал еще один шаг назад и прикрыл рану ладонью. Его спутник отшатнулся вместе с ним. Кринок уставилась на мужчин, а потом влепила тому, что постарше, звонкую оплеуху.

— Что за глупцы! Разве король Бриан впустил бы Фоулу в свой дом, будь она и впрямь прокаженной?

— Прокаженной? – нахмурилась я.

Лукреция цокнула языком:

— Это почему же вы такое думаете про нашу Фоулу?

— Но ведь королева Гормлат сказала, что у вас проказа, – ответил спутник Колгу. – Она говорила, что и священники того же мнения.

— А… – Я изо всех сил надеялась, что мой голос не дрогнет. – Нет, это следы от пожара. Я знаю, на что это похоже, но проказа здесь ни при чем.

— Тогда почему королева приказала Марии убраться в доме после того, как ты туда зашла? И почему Мурха с ней согласился?

Кринок снова шлепнула дядюшку Колгу по уху.

— Фоула живет с нами уже полгода. Она помогла вылечить моего сына и половину местных. Проказой никто из нас не заразился.

Судя по выражению лица ее собеседника, убедить его полностью Кринок не удалось. Впрочем, он все же опустил глаза, чтобы не встречаться со мной взглядом.

Мои легкие вмиг опустели, а к горлу подступила тошнота. Мне пришлось прикусить язык, чтобы не поддаться охватившим меня чувствам. Значит, королева приказала Марии убраться в доме… потому что туда заходила я? И Мурха с ней согласился?

Я опустила руки и шагнула назад:

— Если передумаете, приходите ко мне в ро, и я дам вам мазь от ожогов. – Я взяла Марию за руку. – Рада, что с тобой все хорошо.

Мария обвила меня рукой и поцеловала в щеку:

— Это я должна тебя благодарить.

— Вовсе и нет.

— Увидимся сегодня на пиру?

Я кивнула.

Колгу и его дядюшке явно было не по себе: либо оттого, что ко мне прикоснулась Мария, либо оттого, что они начали жалеть о своих словах. Впрочем, оставаться в дуне и узнавать, в чем именно было дело, я не собиралась. Развернувшись, я зашагала в сторону своего ро, опустив голову: сначала – едва переставляя ноги, а затем – все быстрее и быстрее.