Книга Маг-хранитель, страница 84 – Владислав Русанов

Три четверти квартир в доме пустовали. Странный человек появился в середине августа. Пришёл с двумя чемоданами, поднялся на лифте, достал ключи из кармана и, просто открыв жильё, поселился там. Зарегистрировался на полудюжине форумов, как советник молодого правительства ДНР, присланный в помощь из Москвы. Писал глубокомысленные заметки, в хвост и в гриву ругая косных провинциалов, и даже заработал определённый авторитет. Правда, в Доме Правительства на бульваре Пушкина его никто не видел, да, пожалуй, никто и не знал. Но ведь, как пели в детском фильме советских ещё времён о Петрове и Васечкине: «Не важно быть – сумей прослыть…»

К нему приходил гости. Кто-то через парадный вход, кто-то через чёрный – из соседнего подъезда по заплёванной и засыпанной окурками лестнице. Они и сам часто посещал публичные мероприятия – презентации, выставки, конференции и круглые столы. Знакомился с журналистами и блогерами, художниками и писателями. Ни единым словом он не обидел руководство республики или силовые структуры. Напротив, всегда и везде подчёркивал свою приверженность идеям русскости Донбасса и неприятие украинского национализма и ксенофобии. Постепенно он обзавёлся поклонниками, единомышленниками и даже друзьями.

Звали хозяина конспиративной квартиры Романом. А позывной это или настоящее имя, не ведал никто, даже самые близкие приятели, готовые грудью встать на защиту своего кумира в любой интернет-баталии.

В этот вечер он собрал странную и разношерстную компанию, увидеть которую в ином месте показалось бы самой, что ни на есть, фантастикой. Причём, не научной, а, скорее, напротив, антинаучной.

В просторном кабинете, совмещённом с библиотекой, горела лишь настольная лампа. Она бросала оранжевый круг мягкого света на стол с дорогим пресс-папье и несколькими листками, исписанными убористым почерком. На руки хозяина жилья – белые, породистые, с ухоженными ногтями и отсутствием признаков физического труда. На край толстого ковра бутылочно-зелёного цвета. Едва-едва поблескивали позолотой корешки книг. Тикали часы, стилизованные под георгианский стиль.

Сегодня здесь собралась весьма разношерстная компания. Вряд ли в обычной жизненной ситуации можно было бы повстречать этих людей вместе.

Пожилой мужчина профессорского вида в дорогом костюме с отливом и стильным галстуком с золотой заколкой сидел ровно, будто лом проглотил. Неподвижное лицо, обрамлённое седой бородкой, не выдавало никаких эмоций. Но волнение всё же проявлялось в незначительной, на первый взгляд, мелочи. Он время от времени снимал очки в массивной роговой оправе и протирал без особой надобности белоснежным платком, который потом аккуратно складывал и засовывал в карман пиджака.

Напротив него расположился тощий бледный юноша, подстриженный по последней моде – темные волосы подбриты на висках и мелированы. Несмотря на позднюю осень он щеголял в лёгких красных кедах. Укороченные узкие брюки открывали голые лодыжки. Молодой человек увлечённо нажимал на экран новенького планшета «Apple», но звук игры отключил, скорее всего, из уважения к присутствующим. А может, просто переписывался с кем-нибудь в чате «Instagram»^[36]?

По правую руку от него, почти незаметная в глубоком кресле, ссутулилась сухенькая старушка в щедро расшитом люрексом кримпленовом платье по моде 70-х годов и наброшенной на плечи горжетке, настолько старой, что определить её происхождение не представлялось возможным. Типичная городская сумасшедшая. Таких всегда пруд пруди в присутственных местах и нет от них покоя ни руководству жилищно-эксплуатационных компаний, ни депутатам всех уровней – от района до области. Пальцы её без устали шевелились, будто вязали прозрачный шарф невидимыми спицами.