Книга Маг-хранитель, страница 113 – Владислав Русанов

— А это Вика. Виктория. Позывной Гроза, – Вальдемар Карлович церемонно поклонился, будто видел девушку, зашедшую третьей впервые, хотя, само собой разумеется, он привёл сюда всех. – Насколько я понял, носитель оставшихся фрагментов твоего сна, Дэн.

— Ух, ты! – не сдержался парень и тут же исправился, решив, вслед за магом, быть вежливым и галантным кавалером. – Добрый вечер, сударыня.

Высокая, тонкая, как берёзка, девушка, не старше двадцати лет, фыркнула в ответ на его фразу. Прищурилась, будто оценивая – а что это тут за юморист выискался? Одевалась она тоже в камуфляж, только её «горка» выглядела более ношенной, чем у ротного. На поясе висел штык-нож, которые она не скрывала. Из-под банданы цвета хаки, которой Вика повязала голову, спускалась длинная светло-русая коса. До этого вечера Денис видел такие длинные волосы только в киносказках по каналу «Ностальгия». Точно какая-то Варвара Краса – Длинная Коса. Только глаза её не принадлежали сказочной героине. Злые, холодные и очень взрослые, будто у много повидавшего ветерана.

— Это тот бездельник, о котором вы мне говорили, товарищ майор? – игнорируя Дэна, повернулась она к Тополину.

— Почему сразу бездельник? – нахмурился помощник коменданта города.

— Я – студент! – обиделся Денис.

— А толку?

— В смысле? – опешил Денис.

— Польза какая от тебя республике?

Парень не знал, что и ответить. Застыл с раскрытым ртом и выпученными глазами.

— Так! – резко вмешался майор. – Прекращайте мне тут это. Каждый приносит пользу на своём месте. Кто-то на фронте, кто-то в тылу.

— Только на фронте жизнью рискуют, – не сдавалась Гроза.

— В тылу тоже рискуют. Прилететь куда угодно может. И вообще, мы вас не для того собрали, чтобы вы поссорились с первых минут.

— А для чего? – азартно спросила Вика. – Для чего вы меня в увал сдёрнули?

— Для того, что есть дело государственной важности, – сказал, как отрезал Тополин. – Надо и в тылу послужить немного.

— Отдохнёшь заодно, – вставил Ковчег.

— Не думаю, что здесь будет легче, чем в окопах, – возразил Вайс. – И опасности здесь не меньше. Я тебе рассказывал о каррохах?

— Это те черти мохнатые?

— Именно. Мохнатые черти. Так вот на Дэна они нападали уже дважды. И раругг…

— Дракон?

— Если тебе так понятнее, то дракон. Он гонялся за Дэном по ночному городу, а у нашего студента не было взвода бойцов с гранатомётами за спиной. Так кому из вас потребовалось больше отваги?

— Отваги, чтобы удирать?

— Чтобы не упасть на колени, сложа руки, и не сунуть голову в зубастую пасть.

— Если честно, – вмешался Денис, – то я перепугался до смерти.

— И это правильно, – одобрил Тополин. – Те, кто ничего не боялись, давно сгнили. Смелость должна быть осознанной, а не от дурости.

— А у меня, значит, от дурости? – вспыхнула Вика.

— Я этого не говорил. Просто проявлять смелость с оружием проще, чем когда у тебя даже шлакоблока под рукой нет, чтобы кинуть во врага.

— Чтобы оружие было в руках, надо было в ополчение записываться, а не штаны за партой протирать!

— Гроза, остынь! – рыкнул Ковчег.

— С чего бы это?

— С того! Станешь Гюрзой!

— Захочу и стану!

— Ну, и дура! Замолчи! Это приказ!

Вика обиженно поджала губы, но послушалась и умолкла.

— Значит, так, – медленно и чётко произнёс Тополин. – Каждый приходит в строй тогда, когда понимает, что не может без этого. Кто-то начинал в Славянске, кто-то пришёл после Иловайска. Это не значит, что первый – правильный ополченец, а второй – так себе. Кто-то сидит в окопе или в танке, а кто-то привозит из тыла тушёнку или патроны. И это тоже не делает первого героем, а второго трусом. Сейчас фронт перемещается сюда, в Донецк. Это невидимый фронт. Невидимый для посторонних. Держать мы его будем здесь. Не с «Утёсами»^[52] и «калашами», а при помощи науки и… – он помедлил мгновение, видимо, через силу выговаривая нужное слово. – И магии. И вы на этом фронте – первые. Разведчики. Поэтому никаких ссор я не потерплю. Вопросы есть?