Книга Эхо Квикторн и Золото Дракона, страница 32 – Алекс Инглиш

— Как думаешь, что это значит? – Эхо насчитала семь частей, на которые делилась карта. Семь частей для семи кланов небесных пиратов. – Возможно, так они делят территорию между собой? – предположила она.

— Некогда её рассматривать, – сказал Гораций, тревожно оглядывая комнату. – Они будут здесь с минуты на минуту. Где мы собираемся прятаться?

— Они будут позже. Старина Гас ещё в аэродоке. – Девочка снова осмотрела стол и разглядела надпись: «Семь Небес». Она уставилась на мерцающую карту. Но какая часть принадлежала Чёрным Небесным Волкам?

— Возможно, мы сможем спрятаться здесь, если задёрнем шторы? – сказал принц, указывая на подоконник, вырезанный в ледяной стене и накрытый подушками из грубой мешковины.

Эхо посмотрела на спутника и кивнула, затем снова повернулась к карте, не в силах оторваться от неё. Это были настоящие пиратские дела! У каждого из семи мест за столом стоял свой стул из чёрного дерева, и, присмотревшись повнимательнее, девочка увидела, что на спинке каждого вырезана своя эмблема. Там была акула – должно быть, для Громовых Акул, – змея и молния. Пиратка обошла стол кругом, желая рассмотреть все детали по очереди.

— Должно быть, здесь сидит моя мама, – сказала она, проводя пальцами по оскаленной волчьей голове, вырезанной на спинке самого дальнего стула.

Гилберт тревожно вскинул гребень, когда тихий стук множества пар сапог небесных пиратов эхом донёсся с обледенелой лестницы.

— Эхо! Они приближаются! – прошипел Гораций.

Девчонка бросила последний взгляд на карту, обежала стол и скользнула на подоконник рядом с принцем. Дети съёжились за шторами, когда шаги стали громче. Через мгновение Эхо услышала, как дверь со скрипом отворилась и послышался гул грубых голосов. Девочка осмелилась немного отодвинуть штору. В голубоватом свете мерцающих факелов она увидела, как семь пиратских капитанов вошли и заняли свои места.

Лил сидела в дальнем конце стола, на стуле, который угадала Эхо. Её лицо было похоже на жуткую маску, почти неузнаваемую, с широкими полосами глины цвета индиго на щеках, а треуголка отбрасывала странные тени на лицо. Рядом с ней сидел мужчина с копной колючих волос, таких же жёлтых, как его куртка, и механическим глазом, который выдвигался и складывался, когда пират приближал и отдалял картинку, оглядывая комнату. По другую сторону от Лил была женщина с миндалевидными глазами в ярко-оранжевой одежде, со множеством звенящих золотых браслетов и красной помадой на губах. Её чёрные волосы были собраны в тугой узел на макушке, украшенный кинжалом с драгоценными камнями.

Другой небесный пират стоял к ним спиной, одетый в синий мех, его лохматые седые волосы под треуголкой были скручены в жгуты с вплетённым в них бисером. Он сел в кресло с «акулой» спиной к окну, где прятались двое детей. Волосы на затылке у Эхо встали дыбом, и она ещё сильнее съёжилась в их импровизированном укрытии. Вот каким был ужасный Старина Гас.

— Добро пожаловать на собрание Альянса Семи Небес, – сказал мужчина скрипучим хриплым голосом. – И мы рады видеть вас на пике Акулий Плавник. Уверен, мне не нужно напоминать вам, что, согласно Договору Семи Небес, оружие тут запрещено и каждый пират может говорить свободно. – Он поднял кружку с грогом: – Живи под небом, умри под небом!