Книга Становление. Том 2. Путь мага, страница 81 – Семён Нестеров

Горн стал расспрашивать о том, как мне живётся в новой «шкуре из бархата» — так он иронично называл мою новую одежду. Роба мага сделана, конечно, не из бархата, но ткань была мягкой и приятной на ощупь, при этом толстой и крепкой на разрыв, превосходя едва ли не все виды сукна, которые я когда-либо встречал. Я рассказал другу о том, чем занимаются маги. Для него всё это было не в новинку — он часто имел дело со служителями Аданоса в Новом лагере, и быстро заключил, что маги огня и воды ничем не отличаются, кроме цвета мантий.

— У нас, на Южных островах, есть такая игра, где две команды пинают рыбу-пузырь, набитую опилками. Чтобы не путать, кто на чьей стороне, игроки повязывают себе на руку ленты синего или красного цвета. Вы, маги, мне напоминаете таких соперников, только вырядились поприличнее, — заключил Горн.

— А вместо набитого пузыря у нас, пожалуй, будут огненные шары и ледяные глыбы, — заметил я.

— А это идея! — воодушевился Горн, — вы могли бы устроить такое состязание, а люди бы делали ставки. Вот это будет зрелище! Ты уж не обижайся, я поставлю на Сатураса и его команду.

— Наверное, как и весь Новый лагерь, — заметил Диего, — но всё это пустые фантазии. Если уж говорить о соревнованиях, то, не думал ли ты, Горн, побиться на арене Старого лагеря? Уже давненько никто из ваших бойцов там не выступал.

— Да ты что! Стоит мне заявиться в ваше осиное гнездо, как меня тут же сцапает стража. Сейчас люди Гомеза, как в одно место ужаленные бегают, после последней атаки на конвой. Эх, даже обидно, что на самом деле это были не мы, а банда Квентина! Эти кретины получили всю добычу, а отдуваться приходится, как всегда, нам.

— Насколько я знаю, пару дней назад, Гомезу уже донесли, как на самом деле обстоят дела, и он немного поумерил пыл, раздумав перевешать всех наёмников на стенах замка. Думаю, скоро это обострение уляжется, и вам станет возможно иногда появиться у нас в лагере, по крайней мере, согласовав всё с Торусом.

— Ваш Торус — напыщенный индюк, — не сдержался Горн, — этот недоносок вздумал мне угрожать расправой, когда я приходил на предыдущий бой, где Джонас поскользнулся и опозорил весь наш лагерь. Я и так был не в духе после такого убогого зрелища, так ещё эти призраки вздумали надо мной потешаться. Я что, должен был терпеть? Может теперь и рудокопам позволить надо мной угорать? Подумаешь, разбил пару носов, эка невидаль. Разве из-за этого стоило выставлять меня за ворота под конвоем дюжины стражников? Ладно хоть эти бараны не рискнули обнажить оружие.

— Ты же знаешь, что наёмников и так терпели с большим недовольством, зачем было давать волю эмоциям? — благоразумно возразил Диего, — мало ли что говорят всякие недоумки? Просто проигнорировав их, ты бы показал себя куда достойнее. А теперь, из-за этого дурацкого инцидента межлагерных боёв не было уже целую вечность. Между прочим, стражники балакают, что вы зассали с ними связываться.

— Что? Пусть не выдумывают! А для меня куда интереснее встретиться с этими заносчивыми тюфяками в настоящем бою, чем попусту махать тренировочной болванкой на потеху баронам.

— Послушав наёмников, я всегда удивлялся, как только генерал вас сдерживает? Если бы не он, колония бы уже утонула в реках крови.

— Зато ваши зазнавшиеся царьки узнали бы своё место. Я бы Гомезу даже выгребную яму чистить не доверил, не то что сидеть на троне.