Книга Становление. Том 2. Путь мага, страница 80 – Семён Нестеров

— Эту безделицу оставь мне и другим магам, — улыбнулся я, — рано или поздно мы точно сможем разрушить свои же собственные чары.

— Ну, если окажется поздно, и Гербрант к тому времени подохнет от старости, мучимый подагрой и геморроем, то это будет, пожалуй, даже более мучительно, чем всё, чем мы можем ему навредить, — засмеялся Диего.

И он был прав — порой судьба наказывает изменников более строго, чем самые изощрённые мстители. Но полагаться на небесную справедливость было не в привычках людей в колонии.

Запланированная весёлая встреча с друзьями неожиданно превратилась в монолог Диего о его прошлом. Я был рад открывшейся возможности получше узнать своего давнего друга. Удивительно, что, общаясь столько лет, я до этого момента ничего не знал о его жизни вне Хориниса. Многие повидавшие виды люди не любили говорить о былом, но Диего был особенно не разговорчив. Теперь стало ясно, почему следопыт так старательно замалчивал своё происхождение — это была привычка, выработанная годами. Конечно, даже без произнесённых слов было ясно, что весь разговор останется лишь между нами.

Наши приятные размышления о том, как поживает мистер Гербрант и как он будет рад увидеть Диего, в случае падения барьера, были бесцеремонно прерваны подошедшим Горном. Гиганта было слышно ещё издалека — он никогда не утруждался сокрытием своего передвижения, предпочитая всюду идти напролом. Впрочем, он не был безумным берсерком, и, когда это было действительно необходимо, всегда проявлял должную осмотрительность и прислушивался к советам более хитрых и ловких товарищей.

— О! Кто это у нас тут? — прогремел Горн, ещё за десяток метров от костра, — неужто служитель Инноса, наконец, пожаловал в гости?

— И я рад тебя видеть, Горн, — я встал поприветствовать друга, и он радушно обнял меня, сжав в своих ручищах, так, что я почувствовал себя детской игрушкой, доставшейся шаловливому ребёнку. Мои рёбра с трудом выдержали нагрузку и, когда силач разжал свои объятия, я вздохнул с облегчением. Диего тоже поднялся и пожал руку приятелю.

— А где же Лестер? Что, опять обкурился и заснул где-нибудь под кустом? Я думал, что это я задерживаюсь, а этот растяпа, похоже, и вовсе разучился ходить. Кстати, прошу прощения — я запоздал не по своей вине. Этот сукин сын Ярвис нахрюкался, и Торлоф хотел поставить меня вместо него на пост. Я уж и так и сяк ему объяснял, что сегодня не могу, но он не отвязался, пока я не нашёл замену. Пришлось даже проставить бутылку шнапса — никто не хотел дежурить вне очереди. Так что с вас причитается — мне пришлось потратиться, чтобы прийти сюда.

— Чёрт бы подрал этот ваш шнапс, — проворчал Диего, — от этого дрянного пойла только голова болит, а толку никакого. Я тут принёс кое-что получше, — достал он из своей сумки парочку бутылок пива, — конечно, это не лучший сорт, но по крайней мере из-за барьера и от него не несёт рисом и мочой.

— Вот это уже другой разговор! — ещё больше повеселел Горн, и потянулся к выпивке, но Диего не дал ему бутылку, призвав хотя бы дождаться Лестера.

Я улыбнулся, но пока не стал доставать недопитую бутыль красного вина, которую невзначай прихватил с обеденного стола магов — такую роскошь уж тем более стоило оставить напоследок.