Онлайн книга «Либелломания: Зимара»
|
— Ка-Пча! — позвал Йола. — Живой? — Нет, — глухо донеслось с той стороны завала. — Роботам не положено такого свидетельства. И я потерял ушной болт! — К чёрту твои винтики! — Основные системы функционируют в пределах нормы. Я нащупала завал. Обернулась пауком и, пробираясь вверх по обломкам, обнаружила узкую дыру под самым потолком. Попыталась проникнуть, но пролезли лишь две передние лапы, хелицеры и клыки. Человеком мне удалось просунуть голову — и только. Я скатилась обратно: — Нет, слишком узко. Но можно протолкнуть туда половину Дъяблоковой. — Только дай мне добраться до блокнота, — прошипела она. — Ка-Пча! Возвращайся назад и перебрось воланер к озеру, — подумав секунду, приказал Йола. — Остальные за мной и за Струпом! Мы успели отползти от завала, и на его место вывалилось что-то вонючее и клокочущее, как гигантская бормашина. Запах гари и моторных масел загустил мрак катакомб. И опять всё стихло. Йола приказал не двигаться, мы затаились. В темноте воображение дорисовывало неведомую зверюгу, эдакого фантасмагорического камнееда, и я дышала часто-часто, с каждым импульсом дрожи. Уши заложило: в них шумел только страх. «Кто пыхтит⁈» — раскидал на наши визоры сообщения Йола. — Не буду, минори. — Простите, минори. — Так точно, минори. Мы не умели набирать текст на миосинтезаторе. «ТС-С-С-С-С!!!» Я задержала дыхание. Тепловизоры показали, как из чрева камнееда выпрыгнули два горячих пятна. Метнулись по сторонам. Температура их тел была больше сорока градусов. Юркие дьяволята пронеслись мимо и растворились в Месте. Цокая, царапая. Послышался свист, но инфракрасные датчики никого не уловили. Шаркнули ноги, вторые. Но кое-кто двигался бесшумно, как донная рыба. Я сидела привалившись к стене. Чья-то рука в жёсткой перчатке схватила меня за горло и, сжав пульсирующие под кожей хелицеры, отпустила. Легла мне на макушку, потрепала через капюшон. На нервной почве я начала тихонько икать. — Здесь ничего нет, — сказала темнота голосом Кайнорта. — Надо выходить к озеру. Я схватила пустой воздух впереди. Бритц исчез так же тихо, как появился. — Сырок! Сырок! — позвал другой голос. Женский. Бойкий, как у командира. — Он кого-то учуял! На пришельцах была какая-то броня, которую не распознавали визоры. Через секунду темноту растерзали визги, лай и блеяние. Две горячие тушки вцепились во что-то… в кого-то! По траектории их возни и скачков я поняла, что им повстречался Струп. «К выходу по стенке, живо!» — появилась надпись с внутренней стороны маски-черепа. Бесноватые комки ухватили наших полузоидов за обе пасти и рычали в четыре глотки. Каждая тянула к себе. Я поднялась, нашарила стену и побежала. Сзади толкнули, врезаясь на скорости пули. Дъяблокова. Перевалилась через меня, как в чехарде, и пропала. Я поднялась… но потеряла стену, по которой ориентировалась. Расставила руки и, проклиная неуёмную икоту, превратилась в паука. Стало холодно. Но так можно было бежать прямо по потолку. Мне удалось преодолеть два глубоких провала арок, прежде чем раздался выстрел. Это палили в меня. От боли в кончике задней лапы я скукожилась, не удержалась на потолке и свалилась на свет, к постаменту с новым ледяным саркофагом. Это был ледяной параллелепипед. Поверхность иссекали асимметричные грани, будто это был не лёд, а дикий алмаз. Внутри стоял вмороженный нохт. Из-за него выскочила фигурка в блестящем бушлате. |