Книга Либелломания, страница 95 – Н. Мар

— Секундочку, — сказали тихо, и кто-то зашагал ко мне по камушкам. — Я забыл сделать укол.

Это прозвучало словно маньяк отвлёкся от второй жертвы, чтобы навестить первую. За секунду до испуга в меня ворвались воспоминания о том, что случилось. И подо мной явно был не разделочный стол, а сиденье открытого тарталёта. Я решила не насиловать веки и осталась неподвижной. Укол — значит, укол. Рядом прогнулось сиденье, и я скривилась, так больно стукнуло изнутри в затылок. Запахло антисептиком, в плечо кольнул шприц-пистолет. Рука откинула плед, ткань сырой толстовки и провела мне по животу. И закутала опять.

— Что, судороги опять? — раздался голос Нахеля.

— Нет. Это обезболивающее, — ответил Бритц совсем рядом и промял сиденье сильнее, склоняясь ко мне: — Следующие двадцать пять часов тебе будет приемлемо. Скоро домой.

Я побоялась кивнуть, вдруг укол ещё не подействовал? В горле першило от многократных приступов рвоты. Кажется, он увидел, что я пытаюсь разлепить губы, смочил их ватным тампоном и коснулся соломинкой. О, как хотелось пить. И спать. Я заснула под вопли, которые меня совершенно не тревожили. Это были не вопли Кайнорта и уж точно не Нахеля, и я заснула без угрызений.

Не знаю, сколько прошло, но новый звук был похож на протяжные хрипы. Я рискнула повернуть голову. В ушах шевелилась вата, но боль не прострелила как в первый раз. Её вообще не было, даже когда я попыталась привстать на локте. Я лежала в тарталёте, переодетая в чистую спортивную пару и сухие носки, завёрнутая в изотермический плед, и в распахнутую дверцу наблюдала берег. На большом валуне курил Бритц. Интересно, что было бы, перепутай он сигарету с тучканчиком, который я обронила. Ему разорвало бы пасть? Его рукава были в брызгах крови. Конечно, в чужой. Нахель с питательным батончиком в лапище ходил туда-сюда вдоль берега и пинал гальку.

— У меня желудок слабый, — пожаловался он и укусил батончик. — Ты закончил наконец?

— Не знаю.

— Кто же так пытает? Уж я видел многое. Но это похоже на расправу.

— У меня мало опыта. Всё время норовлю пережать.

— Дай ему… дойти… до конца…

Так хрипела бесформенная куча у ног Бритца. Она тряслась и надсадно смеялась. Галька вокруг была вся в крови, клочках волос, тряпок и в каком-то пепле. Этим пеплом была вымазана табакерка шчера, которую Кайнорт, должно быть, выбил у него из карманов. Эзер выглядел так, будто устал мучить. Впервые в жизни. Он выглядел разочарованным и озадаченным одновременно. Выдохнул, убрал сигарету, поднялся и достал керамбит.

— Ладно, нам пора. Эмбер, тебе лучше?

— Лучше, чем ему, — я поразилась, насколько нормально зазвучал мой голос после всего.

— Эй, я думал, мы возьмём его с собой в Эксиполь, — сказал Нахель

— Если он у меня не заговорил, Йо-Йо его тем более не заставят. И я ему верю, пожалуй. Он ничего не знает, и среди их оружия уж точно нет того, чем убили лидмейстера.

— А если оно в общине?

— Идите-идите… — сипел шчер и щупал раны переломанными, опухшими пальцами. — Шамахтон разорвёт вас на кусочки…

Кайнорт колебался. Он посмотрел на меня, вдаль на чёрные скалы, по которым катились туманы, опять на меня.

— Нет, домой. У меня не было в планах рваться на кусочки, это уже не моя компетенция. Я только покажу Эмбер, насколько она не права.