Книга Церковь Таможенного Союза, страница 79 – Юлия Зонис

За спиной его тревожно перекликались голосами птиц джунгли. А перед ним – нужно было всего лишь пересечь засыпанную человеческими костями небольшую площадку – открывалась темная нора, вонючая берлога зверя. Оттуда тянуло плесенью, кровью, землей и падалью. Тянуло временем, слежавшимся за тысячелетия, за миллионы лет и заплесневевшим, как эти кости и черепа.

Меньше всего Варгасу хотелось лезть туда, где – как он знал – с потолка пещеры свисают ободранные трупы, журчат кровавые родники, а скалы и подземные туннели напоминают раздувшийся от избытка сырого мяса кишечник. Где в одном из отнорков стоит белый ягуаровый трон, дожидающийся своего хозяина. Однако другого пути наружу не было. Набрав полную грудь воздуха, он нырнул в смрадную тьму.

4. Жрецы и жертвы

Линни спала – наконец-то, после всех этих бессонных дней, – и ей снился странный сон.

Во сне они с Леонидом были давно женаты. Нет, конечно, не с атлантом, а с настоящим Леонидом Варгасом, братом Андрея. Они жили в доме родителей Леонида, в чистеньком и новом районе Дурана, предместья Гуаякиля. И у них был сын. Резвый крепыш, черноволосый кудрявый шалун, которого в честь дяди назвали Андресом. Ей снилась счастливая, спокойная жизнь: череда семейных праздников, дни рождения с гостями и пиньятами, уютные посиделки у камина на Рождество, со сваренным ей собственноручно глинтвейном по надежному маминому рецепту. Никакого сумасбродства, никаких фейерверков, чучел Старого Года в саду и сжигания старых вещей, только добрые, проверенные временем традиции. Иногда Лео снимал со стены гитару и играл – не так виртуозно, как его брат, но все же очень неплохо и душевно.

Плохо во всей этой истории было лишь одно. Она совсем не любила Леонида. Ночами, когда Линни думала, что сын и муж спят, она выходила на веранду с видом на гору и ждала, ждала… неизвестно чего. Зачастую у нее в руках был бокал вина. Не единственный за вечер.

Однажды так и не уснувший Леонид вышел следом за ней и обнял за плечи. Она подавила желание отстраниться, но муж все равно что-то почувствовал.

– Я знаю, кого ты ждешь, – сказал Лео. – Он не придет. А если придет, то не за тобой, а за нашим сыном.

– Ты знаешь, что Андрес не наш сын. Не мой и не твой.

– Я помню. И все же не хочу, чтобы его у нас забрали. А теперь иди в дом. Становится прохладно.

И действительно, повеяло холодом, хотя откуда бы взяться холодному дуновению жаркой эквадорской ночью? И все же ей не хотелось уходить с веранды, потому что в темном в этот поздний час доме ее не ждало ничего хорошего.

– Погоди.

Тогда Лео – такой высокий, мускулистый, совсем не похожий на брата – потянул ее за плечи, потянул туда, в распахнутые французские двери спальни, откуда несло холодом. Она вскрикнула, забарахталась…

И проснулась.

* * *

Ее действительно куда-то волокли. В щели пробивался травянистый утренний свет. В первую секунду Линни решила, что ее схватил ягуар, и приготовилась завопить от ужаса, но рот ей зажала человеческая рука. В следующее мгновение она уже очутилась снаружи и поняла, что ее бесцеремонно тащат по земле, ухватив за ворот комбеза. Ноги волоклись по пыли. Она заколотила ими, попыталась затормозить. Ее грубо тряхнули.

— Лучше без шума, дорогуша, – произнес где-то над головой голос атланта. – Не стоит будить сестричку, у нее была бурная ночь.