Книга Судьба наёмника, страница 210 – Сергей Воронов

Стараясь избегать больших скоплений воинов, отряд искал любую возможную брешь, чтобы затеряться среди армий и скрыться в тылу.

Вакханалия битвы не стихала, затягивая всех в общее безумие. Со всех сторон были слышны крики, лязг оружия, отвратительный звуки, с которым тела воинов перемалывались под копытами конницы. Болезненное ржание раненых лошадей и хрипы умирающих. Бойцы спотыкались о тела павших врагов и союзников, но, поднимаясь, продолжали идти в бой.

Несколько раз за ноги Хазарда цеплялся кто-то из раненых, умоляющих о спасении или смерти. У наёмника не было времени помочь ни с тем, ни с другим. Все его внимание было сосредоточено на том, чтобы не подпустить кого-либо к принцессе.

«Ветер войны» вдоволь напился крови за этот день. Наёмник ловко отражал атаки, парируя клинки или уходя, смещаясь в сторону от удара копья. Когда инициатива переходила в его руки, было достаточно просто не останавливать свои инстинкты. Прекрасно наточенное лезвие меча молниеносно выписывало в воздухе чёткие линии, разрезая податливую кожу, жадно вгрызаясь в плоть и перебивая кости. Хазард разил, не оставляя шанса на спасение, но и без лишней жестокости. Методично, точно и быстро.

Свежие силы Набидии, приближались к отряду. В этот момент к привычной мелодии битвы присоединился новый голос. Пронзительный вой разорвал небеса. Услышав его, Хазарда ощутил, как у него похолодело внутри. Подняв голову к небу, он увидел шипастый шар, летящий в их сторону. Шар крутился в воздухе, а отверстия в его шипах создавали тот самый вой, услышав который однажды не забудешь до конца жизни.

Начинающийся утробным гулом звук плавно перерастает во что-то напоминающее тяжёлый вздох или всхлип, а затем быстро переходя в беспрерывный вой, ускоряющийся и становящийся все выше по тембру с каждой секундой.

— «Вдовий крик»! На землю, быстро! — Скомандовал наёмник и сам упал в траву.

Упавший в небольшом отдалении снаряд с громким хлопком разорвался, больно ударив по ушам, мгновенно приглушив окружающие звуки. Глиняные осколки со свистом разлетелись по округе, сбивая с ног тех, кому не повезло оказаться у них на пути. Проламывая щиты и броню, застревая в теле, ломая кости и отрывая ударом конечности, осколки проредили вражеские ряды. Тем, кому повезло избежать их, радоваться не приходилось. Особая смесь из соков трав, находящихся внутри разогретого шара, при первом касании воздуха с хищным шипением охватило пламя. Вязкая, словно смола, горящая жидкостью, разбрызгиваясь в стороны, налипала на тела. Прожигая броню и одежду, она затекала под неё через щели и трещины. Открытая кожа моментально краснела, а затем обугливалась, покрываясь крупными волдырями. Смеси было достаточно короткого времени, чтобы превратить лицо любого несчастного в черную грубую посмертную маску с застывшей на ней агонией, а тело в выжженный изнутри кусок плоти.

Поле боя оглушил крики агонии жертв. Им вторили вопли паники тех, кто стал свидетелями последствий удара «Вдовьего крика». Голоса и тех и других заглушал пронзительный писк в ушах после грохота взрыва.

Когда на спину Хазарда упало несколько ещё горячих осколков снаряда, потерявших ударную мощь, наёмник осторожно приподнялся, оглядываясь. Часть сил Набидии разрозненно отступала. Командиры отчаянно пытались унять панику и заставить продолжать бой.