Книга Я есть Закон! Том 3, страница 62 – Денис Деев, Алексис Опсокополос

— Избил всех, — ответил я.

— Всех это… скольких⁈

— Пятерых.

— Пятерых⁈ — шеф рассмеялся. — Ты сказал, пятерых⁈ Таранов, ты давай не заливай. Нет, ты, конечно, парень не маленький, но уложить пятерых бандосов… будешь Кире про такие подвиги рассказывать.

— Нападавших действительно было пятеро, — сказал я. — Здоровые спортивные ребята. И практически ни один из них не ушёл оттуда на своих двоих. Олег Борисович, какой мне смысл обманывать?

Маньков покачал головой. Долго молчал, рассматривая мои синяки. Потом с сарказмом произнёс:

— Таранов, я не понимаю, зачем ты в офисе штаны просиживаешь? Иди в ММА, станешь чемпионом. Золотые медали, пояса, поклонницы опять же.

— Олег Борисович, я серьёзно…

— Да я понимаю, что взялись за тебя, Таранов, по-серьёзному, — перебил меня шеф, перестав дурачиться. — Это по твоему лицу хорошо видно.

Я полез в карман пиджака и достал файл с дарственной на кладбищенское место. Положил на стол перед шефом и сказал:

— Посмотрите на это. «Подарок» от них.

Маньков взял бланк двумя пальцами. Повертел, прочитал. Потом, не говоря ни слова, взял со стола бутылку минералки, открутил крышку и плеснул воды прямо на документ. Печать и текст тут же поплыли разноцветными разводами по мокрой бумаге. Маньков брезгливо бросил размокший бланк на стол и произнёс:

— Струйный принтер. Подделка. Эх… мельчает братва. В девяностые такие документы по-настоящему выписывали на реальные места. Кладбища тогда под братвой были. А сейчас вот опустились до дешёвой распечатки.

— Это хорошо, — заметил я. — Значит, уровень нападавших не настолько серьёзен.

— Не обольщайся, Таранов. Денег в девелопменте столько, что они могут купить кого угодно, — отрезал шеф. — Переезжай, пока не поздно, в новый дом, не искушай судьбу. Будешь живым — заработаешь на хорошую квартиру!

— Закон на моей стороне, — твёрдо ответил я. — Мы с Кирой проведём экспертизу и докажем, что дом не готов к заселению.

— Ты Киру-то сюда не приплетай! — сказал Маньков. — Не подставляй девчонку. Её же грохнут!

Я призадумался. В словах шефа был резон. Кира и так уже влезла в эту историю дальше, чем следовало, и втягивать её ещё глубже было бы свинством с моей стороны.

— А у вас на примете есть эксперт, которого нельзя «грохнуть»? — поинтересовался я.

— Таранов, таких людей нет в принципе! — отрезал шеф. — Есть те, кого грохнуть сложно.

— А такие у вас есть?

— Есть. Но не про твою честь! Не лезь, Таранов, в это дело. Оно тебя сожрёт! Оно тебе уже всю морду пожевало! Внутри хоть всё целое? Рёбра не сломали, ничего не отбили? Врачи что вообще сказали?

— Ничего не сказали.

— В смысле?

— Я не был у врачей, — признался я. — Мне Кира зашила порез на плече.

Маньков с удивлением уставился на меня. Секунды три молчал, переваривая информацию, а потом воскликнул:

— Ты что, не снял побои⁈ Ты идиот⁈ Это же стандартная процедура!

— Патруль зафиксировал факт, необходимости не было… — попытался я оправдаться.

В мыслях же крутилось совсем другое: любое серьёзное обследование — рентген, МРТ, что угодно с визуализацией могло обнаружить Ядро. А объяснить врачам, откуда у меня внутри что-то инородное и непонятное, я бы не смог при всём желании.

— Таранов, почему ты не поехал в больницу⁈ — не отставал от меня Маньков.

И вот что ему на это отвечать? Правду сказать нельзя. Молчать тоже нельзя, молчание хуже вранья, потому что провоцирует людей додумывать самим. Пришлось выдать часть правды.