Книга Я есть Закон! Том 2, страница 104 – Денис Деев, Алексис Опсокополос

— Добрый день! Звонили насчёт вас, предупреждали. Проходите, проходите, не стойте на пороге, — сказала женщина, и голос у неё оказался на удивление глубоким и добрым, что никак не вязалось с её монументальным обликом.

— Здравствуйте, — вежливо произнёс я и прошёл вглубь кабинета.

Мы присели за небольшой приставной столик. Академическая матрона внимательно посмотрела на нас поверх очков и сказала:

— Ну, давайте.

Света испуганно пискнула:

— Что?

— Документы, конечно же, — усмехнулась проректор.

— Простите…

Девушка принялась долго, сумбурно и шумно копаться в своём рюкзаке, рискуя вывалить на ковёр половину его содержимого. Наконец её пальцы нащупали прозрачную папку. Света бережно выудила её и протянула хозяйке кабинета.

— Вот.

— Посмотрим, поглядим, — заботливо пробормотала женщина, принимая бумаги. — Да вы расслабьтесь, деточка, на вас прямо лица нет. Всё хорошо, никто вас здесь не укусит.

Она принялась неторопливо листать документы, шурша страницами.

— Так-с… И на какую специальность вы планируете поступать?

Света почему-то растерянно посмотрела на меня, словно искала подсказки, а затем тихо выдавила:

— Я? А, да. На робототехнику.

Проректор плавно сняла очки и замерла.

— Да-а-а? Девочка и на робототехнику?

Света робко кивнула.

— Необычно, весьма необычно… — женщина вернулась к чтению. — Но вы ведь знаете, что это наша самая популярная специальность? К нам со всей области едут, да что там области — из Москвы абитуриенты даже подают заявки. Конкурс сумасшедший. Знаете, сколько человек на место?

— Ну, я в пабликах смотрела… — подала голос племянница.

— Ох уж эти ваши паблики, — по-доброму отмахнулась проректор. — Много, деточка, прямо совсем много. Именно поэтому на робототехнику и ещё пару ключевых направлений мы ввели ДВИ.

Я слегка подался вперёд и спросил:

— Простите, а ДВИ — это что?

— Дополнительные вступительные испытания, — охотно пояснила она. — В частности, на робототехнику у нас сдают профильную математику. Милая, у тебя с математикой-то как?

— Нормально… — неуверенно пробормотала Света.

— «Нормально» — для этого факультета слишком мало. Так, сколько у нас там в сумме за три экзамена по ЕГЭ?

— Двести пятьдесят.

— Неплохо, неплохо. Прямо скажем — по нижнему краю, но на бюджет вы проходите. Но! — женщина строго подняла пухлый указательный палец. — Это только при условии, что ты сдашь наше внутреннее испытание. При всём моём уважении к системе среднего образования, школа на должном уровне этот предмет сейчас не даёт.

Света от волнения окончательно потеряла дар речи. Ситуация требовала моего профессионального вмешательства.

— И как нам оперативно улучшить знания по этому предмету? — поинтересовался я.

Внутренне я прекрасно понимал комичность этого вопроса. На математике базировалась вся логика Вселенной. Абсолютно все законы мироздания строились на строгих математических последовательностях, и как Верховный Трибунал я, разумеется, был знаком с ними в совершенстве. Я знал эту науку на таком уровне, какой обитателям этой захудалой планетки не мог присниться и в самых смелых фантастических снах. Но в этом и крылась главная проблема: я физически не мог обучить не то что Свету, но даже саму госпожу проректора. Разница между нашими уровнями понимания материи была непостижимо огромной.