Книга Я есть Закон! Том 1, страница 87 – Денис Деев, Алексис Опсокополос

— Без проблем, — согласился я, признавая правомерность его требования. — Сегодня или завтра с утра Владимир приедет и всё подпишет. А вы дадите команду на оплату.

— Дам, — пообещал Степан. — Как подпишет, так и дам. И предупреждаю, что бухгалтерия будет платить с обычного расчётного счёта фирмы, так что перевод не мгновенный. Идти может до трёх дней. Хотя обычно день в день.

Я удовлетворённо кивнул и начал собирать свои бумаги обратно в портфель. Степан следил за мной внимательным, изучающим взглядом. Когда я уже застегнул молнию, он покачал головой и с нескрываемым уважением произнёс:

— Пипец, ты ушлый.

— Я специалист по авторскому праву, — ответил я, доставая из внутреннего кармана пиджака свою визитку и аккуратно кладя её на край стола. — И вообще по любому праву. Обращайтесь.

Я вышел из стеклянной башни бизнес-центра на залитую солнцем улицу. Взвесив текущие приоритеты, я вызвал такси. Приложение на смартфоне безжалостно сообщило, что эта поездка спишет с моего счёта практически все остатки местных платёжных средств. Но деваться было некуда: временной ресурс сейчас был гораздо важнее стремительно пустеющего баланса.

Когда я вернулся в офис, там царила атмосфера нервного напряжения. Шеф и лохматый сисадмин ждали моего возвращения с таким видом, будто от моих переговоров со Степаном зависела судьба всей планеты.

— Наконец-то! — с чувством выдохнул Маньков, едва я переступил порог кабинета, он указал пальцем на съёжившегося на стуле Вовчика и добавил: — Илюха, он меня уже задолбал! Сидит здесь и каждые десять минут ноет: «А есть ли шансы? А вдруг они нас пошлют? А вдруг полицию вызовут?». Я ему уже сто граммов коньяка хотел налить для снятия стресса.

— Вот этого делать точно не стоит! — сказал я. — А что касается шансов, они реализованы. Я договорился.

— Да ладно⁈ — воскликнул шеф, и в глазах его вспыхнул азарт. — А теперь порадуй меня, Таранов, и скажи, что ты выбил из этих эксплуататоров миллион.

— Нет.

Лицо шефа вытянулось, а Вовчик по-сиротски шмыгнул носом.

— Полляма? — с угасающей надеждой уточнил Олег Борисович и тут же добавил: — Только не говори, что ты отбил свою поездку туда на такси, и мы должны этому радоваться. Сколько?

— Десять, — невозмутимо произнёс я.

— Тысяч? — трагическим шёпотом спросил шеф.

— Миллионов.

— Чего⁈ — в один голос абсолютно синхронно заорали Маньков и Вовчик.

— Степан согласился на мировую, — сказал я. — Но есть условие. Нужно ехать к ним в офис и подписывать договор об отчуждении прав исключительно личной подписью автора. По доверенности они оформлять отказались. Если Владимир успеет всё сделать сегодня, деньги переведут уже сегодня, и на счёт они поступят в течение трёх дней, в зависимости от скорости банковских транзакций.

— Да я прямо сейчас поеду, — сказал Вовчик.

— А я поеду с тобой! — заявил Маньков. — Лично всё проконтролирую, кабы чего не вышло. А то ты от волнения им ещё дарственную на свои почки подпишешь.

Вовчик насупился, а я поддержал шефа и сказал:

— Одобряю, правильное решение. Присутствие опытного куратора на подписании документов минимизирует риски.

— Пойдём! — сказал Маньков Вовчику.

Но тот не сдвинулся с места. Неожиданно он расплылся в какой-то жуткой, безумной улыбке. Похоже, до его перегруженных нейронных сетей наконец-то дошёл смысл сказанного. Десять миллионов. Дикие, совершенно невообразимые для подвального сисадмина деньги. Он издал какой-то странный, булькающий звук, перешедший в глупый, истерический смех.