Книга Я есть Закон! Том 1, страница 18 – Денис Деев, Алексис Опсокополос

Она почти бегом бросилась к лестнице. Похоже, форма моего приглашения снова нарушила какой-то негласный социальный код.

— До свидания, — сказал я в пустоту лестничного пролёта и закрыл дверь.

Я прошёл на кухню вместе с тёплой ношей. Поставил контейнер на стол и снял крышку. Плотный, тяжёлый аромат ударил в ноздри — от такой концентрации органических стимуляторов у меня закружилась голова.

К пирожкам, согласно архивам Ильи, полагался тот самый настой, который здесь называли «чаем». Я взял металлический сосуд — чайник — и подставил его под струю воды. Предстояло провести несложную операцию: нагрев жидкости до точки кипения с последующей экстракцией растительных компонентов.

Я только успел поставить чайник на плиту, как в дверь снова позвонили. Резко, настойчиво, серией коротких ударов по кнопке.

«Марина передумала?» — пронеслась мысль. Или кто-то из «инициативной группы» решил нанести ответный визит после провала в подвале.

Я открыл дверь. На пороге стоял мужчина лет сорока в вытянутых спортивных штанах и майке. База данных реципиента подсказала, что я видел его на недавнем общем собрании жильцов — это был сосед по имени Виктор.

— Привет, сосед! — сказал он, заметно нервничая и переминаясь с ноги на ногу.

— Добрый вечер, — ровно ответил я.

Местная традиция несанкционированных визитов начинала меня раздражать. Мне снова не давали спокойно завершить процесс поглощения углеводов.

— Слушай, я видел, что ты немного в этих всех юридических штуках разбираешься? — неуверенно начал он.

— «Немного» — некорректный термин. Я досконально разбираюсь в Законе, — ответил я, и это не было ложью, ведь я действительно успел проиндексировать земное право вдоль и поперёк.

Витя кивнул, соглашаясь со мной, и сказал:

— Ага… Тут дело одно есть. Моя, значит…

— Твоя — кто? — меня раздражала нерешительность соседа.

— Да жена, блин! Короче… не знаю, как сказать. Плохо ей очень.

— Я не медик. Я юрист.

— Вот я ей тоже говорю. А она заладила: иди и попроси. Срочно! Короче, беда с ней, серьёзная беда.

Сосед занервничал ещё сильнее, избегая смотреть мне в глаза.

Я успел усвоить, что помимо законодательных норм в обществе людей существовали и неписаные правила. Такие, как гостеприимство. Среди них был ещё один важный пункт — взаимопомощь. Насколько я понял, для местных эти моральные императивы порой имеют больше влияния, чем сам Закон. И, как показал недавний опыт, следование им также способно питать моё Ядро. Поэтому я решил Виктору помочь. Как они говорят — по-соседски. Идти безумно не хотелось, но нужно было мимикрировать под местного максимально.

Мы поднялись этажом выше и зашли в квартиру. В отличие от моего серенького обиталища, здесь меня ждало богатство напоказ и кричащие цвета. Одно красное тканевое покрытие стен чего стоило — у меня глаза заболели от выкрученной на максимум ярости.

— Пойдём-пойдём, — Виктор торопливо провёл меня в комнату, где на диване перед телевизором сидела женщина в пушистом белом халате.

— Добрый вечер! — поздоровался я.

— Здрасьте, — рассеянно ответила она.

— Ты присаживайся, — Виктор указал на кресло. Затем он взял пульт и выключил телевизор. — Это Юля, моя жена. Да ты её знаешь.

Женщина кивнула. На мой взгляд, с ней всё было абсолютно нормально. Броская внешность. Память Ильи услужливо выдала эмоциональную справку: «красивая тётенька, бриллиант нашего подъезда».