Книга Пожиратель. Книга I, страница 38 – Владимир Кощеев, Алексис Опсокополос

Получивший по затылку мордоворот тем временем повернулся ко мне.

— Хана тебе, пацан! — заявил он, прежде чем ломануться в атаку.

Его рывок был очень быстр, но я успел на него среагировать. Одним движением размотав ремень, я саданул пряжкой, как хлыстом, угодив гербом Российской Империи чётко в нос отморозку.

Брызнула кровь, здоровяк схватился за лицо, а я мигом преодолел разделявшее нас расстояние и, перехватив его запястья, ударом ноги выломал ему левое колено. Мордоворот взвыл, попытался вырваться, но я ещё трижды ударил по сломанной конечности, заставляя его перейти на скулёж и лечь на землю.

Магия перестала гореть вокруг его рук, а я, наоборот, ощутил себя полным сил. И пожирающей ярости. Так что заново намотав ремень на руку, я схватил баюкающего поломанную ногу урода за воротник униформы и нанёс четыре удара пряжкой по лицу. Бил, с каждым ударом ощущая, как мне становится легче после каждого удара.

Наконец, тело в руках обмякло, потеряв сознание. Я отпустил его, и здоровяк рухнул на землю.

Обернувшись туда, где был Лисицкий, я увидел, что боярич, весь бой простоявший в стороне... собирается сбежать. Бледное лицо, трясущиеся губы. Для полноты картины ему не хватало только мокрых штанов и лужи под ногами.

— Хватит позориться, клоун, — произнёс я, обращаясь к Лисицкому. — Притащишь новых подружек? Эти-то уже кончились.

В этот момент один их бугаёв, тот, что бросился на меня первым, начал подавать признаки жизни. Он с трудом разлепил глаза, и я повернулся к нему.

— Что, подставил вас боярич? — со злой усмешкой спросил я.

Облёванный промычал в ответ, похоже, говорить он ещё не мог.

— Заткнись, скотина! — завопил, пришедший в себя боярич. — Да ты знаешь, кто такие Лисицкие?!

— Если судить по тебе, мразь, то Лисицкие — какие-то ссыкуны, — ответил я, усмехнувшись и демонстративно ударяя правым кулаком по левой ладони. — Будь мужиком, собери яйчишки в кулак и выходи против меня на поединок. Ты же крутой боярич, так покажи, что ты мужчина! Или зассал? Что ж, я так и думал. Самому в бой лезть это не подружек своих подсылать. А ты только и можешь, что другими прикрываться. Ты просто жалкий трус.

Ответить Лисицкому было нечего. Тем более что в себя пришли все трое его подельников, и теперь смотрели на своего предводителя с вопросом в глазах. Они-то не побоялись нарушить правила и выйти против меня, а он что? В сторонке постоит?

— Завтра с утра вся академия будет знать, что боярич Лисицкий — просто трусливая девка, которую можно щемить по углам, — произнёс я, указывая на лежащих мордоворотов. — Твои же подружки всем и расскажут.

— Заткнись, холоп! — выкрикнул боярич. — Завтра же подавай заявку на поединок. Я размажу тебя на арене!

По правилам вызов должен исходить от меня, как от младшего, я это знал. Но нужно было согласие вызываемой стороны. А Лисицкий — аристократ, таким зазорно биться с простолюдинами. Победишь — никакой тебе чести, а проиграешь — позора не оберёшься. Но в сложившейся ситуации выбора у боярича не осталось.

— Хорошо, — улыбнулся я, — и смотри не обмани меня. Твои же дружки будут свидетелями, что ты зассал.

Больше не говоря ни слова, я направился обратно в казарму. Рёбра болели все сильнее с каждым шагом. Да и руке, на которую я ремень наматывал, тоже было нелегко. Так ведь и не успела зажить, а я ещё сверху добавил.