Книга Большой проигрыш, страница 18 – Алексис Опсокополос

— А Вы не будете с ним разговаривать? — удивился я, в Потсдаме мне показалось, что у бабушки были такие планы.

— Нет, не буду, — ответила княгиня Белозерская. — Не вижу в этом смысла. Ты потенциально самый сильный маг на свете, ты должен решать свои проблемы без помощи бабушки. Ещё вопросы есть?

— Есть один. Скажите, а откуда Вильгельм так хорошо говорит по-русски? — спросил я.

— Выучил когда-то давно, чтобы произвести на меня впечатление, — ответила бабушка, усмехнувшись.

— Не знаю, как на вас когда-то давно, но на меня сегодня он этим впечатление произвёл. Как, впрочем, и признанием, что хочет на кухне что-нибудь приготовить.

— Кстати, я ему не льстила, он действительно жарил невероятно вкусные стейки. Он вообще замечательно готовил. Не зря учитель назначил его поваром.

— Поваром? — удивился я.

— У нас была небольшая школа. Мы жили как семья и всё по хозяйству делали сами. Учитель распределил обязанности, согласно нашим способностям.

— А что делали Вы? А Эджертон?

— Это уже второй и третий вопросы, — заметила бабушка. — А мы договаривались только на один. Иди отдыхай, отсыпайся. Завтра в четыре утра у тебя первая тренировка.

*****

Каган Карим возлежал на топчане, обложившись небольшими шёлковыми подушками. Перед ним располагался невысокий столик из красного дерева, на столике стояло большое блюдо с отварной бараниной и луком, чайник, две пиалы и тарелка с пышной лепёшкой. Больше ничего на столе не было.

Возле топчана стояли две молодые красивые служанки. Карим кивнул в сторону чайника, ближайшая к нему служанка тут же налила в одну из пиал немного чая, буквально на один большой глоток и поставила его перед каганом. Карим взял с блюда небольшой кусочек мяса, отправил его в рот, затем откусил немного от лепёшки, запил это всё чаем и довольно улыбнулся.

Снова кивнул служанке. Когда та принялась опять наливать чай, распахнулась дверь, и в юрту осторожно вошла сноха кагана.

— Здравствуй, Дана! — поприветствовал Карим вдову брата. — Проходи, пообедай со мной.

— Здравствуй, мой каган! — произнесла Дана, поклонившись. — Это большая честь для меня.

Дана подошла к топчану и уселась на него напротив Карима. Каган подал служанкам рукой знак, чтобы те покинули юрту. Когда девушки вышли, Карим обратился к невестке:

— Не нужны нам лишние уши, ты ведь нальёшь мне чаю?

— Налью, — ответила Дана.

— А где «мой каган»? — с наигранным удивлением спросил Карим.

— Ты позвал меня, чтобы учить манерам? — с вызовом ответила Дана, без посторонних глаз она могла себе это позволить.

— Нет, я позвал тебя пообедать со мной. И поговорить.

— Ты теперь обедаешь в юрте?

— Это не просто обед, — ответил Карим. — Вчера поздно вечером я принял трудное решение по поводу одного очень важного дела, а сегодня утром в честь этого принёс в жертву молодого барашка.

— Надеюсь, барашек погиб не зря, и тебе будет сопутствовать удача в твоём очень важном деле, мой каган, — сказала Дана, сделав особый акцент на последних словах.

— Это зависит в том числе и от тебя, моя дорогая будущая жена, — произнёс Карим, расплывшись в лицемерной улыбке. — Ты угощайся, не стесняйся.

— Спасибо, я не голодна.

— Но хотя бы чаю со мной выпей, от чая отказываться нельзя.

— Чаю выпью, — сказала Дана, наливая чай себе и Кариму. — Но я буду очень тебе признательна, если ты всё же расскажешь, зачем меня позвал.