Книга Долг, страница 95 – Алексис Опсокополос

Закончив обниматься с кесарем, каган за руку поздоровался с Лукиным, после чего неожиданно приобнял меня за плечи, улыбнулся мне и спросил Александра Петровича:

— Это и есть тот самый герой, что помог тебе остановить гражданскую войну?

Абылай говорил на русском, причём вообще без какого-либо акцента, что тоже подкупало и, конечно же, удивляло.

— Он самый, — улыбнувшись, ответил Романов.

— Позвольте выразить Вам своё восхищение, молодой человек! — сказал мне каган и похлопал по плечу, но выглядело это не панибратски, а как-то по-отечески, так, что я нисколько на это не обиделся.

Пока Абылай говорил мне комплименты, Александр Петрович поздоровался и обнялся с арабом, из чего я сделал вывод, что тот тоже является одним из гостей кагана. Нас представили друг другу, и я узнал, что это иорданский принц Хусейн. А брюнетка оказалась той самой дочерью кагана, про которую говорил Милютин.

Её звали Айсулу, и она была невероятно красива: чёрные бездонные глаза, тонкие брови, точёные идеальные черты лица, чувственные губы, густые, длинные иссиня-чёрные волосы, слегка смуглая кожа — это была настоящая восточная красавица, одним своим видом заставлявшая биться чаще сердце любого мужчины, а уж восемнадцатилетнего парня и подавно. И весь этот образ дополняла обезоруживающая и сбивающая с ног улыбка.

Была ли красота дочери кагана природной, или над девушкой поработали специальные лекари, разобрать я не мог, но меня это особо и не волновало. А ещё Айсулу была, на голову выше своего отца и обладала просто безупречной фигурой — мне невольно захотелось увидеть её в купальнике. А возможно, и без. Последнее желание вновь вернуло меня к мыслям, что надо бы уже найти себе девушку, а то со временем каждую встречную красавицу начну глазами раздевать.

И ещё я вспомнил слова Милютина, что дочери кагана активно ищут жениха, и отметил, что кого бы ей ни нашли, долго этого парня уговаривать не придётся. А потом я подумал, что этим парнем могу быть я — для чего-то ведь Абылай взял сейчас дочь с собой, вряд ли чтобы Романова встретить. И неожиданно я осознал, что меня уже не раздражает идея кесаря — женить меня. И это было удивительно, ещё накануне мне эта идея очень не нравилась.

Что же заставило меня думать иначе? Присутствие сногсшибательной сексуальной красавицы, помноженное на моё длительное воздержание в отношениях с девушками или всё-таки магия? И как бороться с одним и с другим? И надо ли бороться?

Пока я размышлял о перспективах найти во время этой поездки невесту, Лукин, пообещав Абылаю прибыть на следующий день на официальные торжества, отбыл в посольство. Кесарь с каганом и принцем отошли в сторонку и принялись о чём-то оживлённо беседовать, а я остался с Айсулу и девушками-телохранителями.

— До обеда ещё больше часа. Может, Вы желаете осмотреть дворец? — обратилась ко мне дочь кагана. — Я могу Вам его показать.

И тут же на меня обрушилась, как цунами, волна обаяния красавицы — в плане харизмы дочь не сильно уступала отцу, и мне начало казаться, что без магии в этом деле точно не обошлось. И меня очень удивляло, почему не работали мои ментальные защиты.

— Буду очень Вам признателен, — ответил я. — Уже сейчас я вижу, что дворец прекрасен, под стать своей очаровательной хозяйке.