Книга Эльфийский Петербург, страница 108 – Алексис Опсокополос

Я постучал в дверь, и не дождавшись приглашения, вошёл в кабинет. Бабушка сидела за столом и читала огромную старинную книгу в кожаном переплёте. Оторвав взгляд от книги и посмотрев на меня, бабушка спросила:

— Что-то случилось?

— Не то чтобы случилось, но событие неординарное, — ответил я. — Александр Петрович просит Вас принять его.

— Принять? — переспросила бабушка. — Где?

— Где Вам будет угодно. Он сейчас у меня в квартире и готов прибыть сюда в любой момент, если Вы дадите добро.

— Всё-таки что-то случилось, — сказала бабушка. — Иначе к чему такая спешка?

— Мне кажется, он просто хочет побыстрее разобраться с этой историей и доказать нам, что он не убивал деда, — ответил я. — Это его тяготит.

— Его можно понять, если бы меня обвиняли в убийстве, меня бы это тоже тяготило.

— Так Вы его примете? — вернул я разговор в нужное русло.

— Через полчаса буду встречать его в башне.

Я покинул кабинет, но в башню, где меня ждал Тойво, идти не спешил — мне не хотелось, объяснять кесарю, что ему надо полчаса подождать в моей квартире, прежде чем мы сможем отправиться к бабушке. Я решил вернуться в квартиру как можно позже, поэтому пошёл в башню через сад, где двадцать минут просидел на лавочке, наблюдая за павлинами.

Когда мы с Александром Петровичем вышли из портала, бабушка нас уже ждала. После знакомства и стандартного обмена любезностями княгиня Белозерская и кесарь решили продолжить общение в кабинете у бабушки. Меня взяли с собой.

— Не буду скрывать, Александр Петрович, Ваш визит меня очень удивил, — сказала бабушка, когда мы все расселись в удобных креслах её кабинета. — И, признаюсь, мне до конца непонятна его цель.

— Познакомиться, наконец-то лично поблагодарить за спасение детей и попробовать убедить Вас, что я не убивал Константина Романовича и не отдавал приказа об этом, — ответил Романов. — Если мой визит способен Вас как-то скомпрометировать, то мы можем оставить его в тайне.

— Рискую показаться нескромной, но уже очень давно меня мало волнуют такие вещи, как боязнь быть скомпрометированной. Я бы даже сказала, вообще не волнуют. А вот истинную цель Вашего визита мне было бы интересно узнать. Вы ведь хотели мне что-то предложить, я это чувствую.

— Моя ментальная защита даёт сбой? — улыбнувшись спросил кесарь.

— У вас отличная защита, но мой жизненный опыт и женская интуиция иной раз работают сильнее магии. Так что Вы хотели мне предложить, Александр Петрович?

— Всё зависит от того, верите ли Вы мне, что я не убивал Константина Романовича.

— Я никому не верю, молодой человек, иной раз даже себе, но я вполне допускаю, что Вы непричастны к гибели Константина.

— Этого вполне достаточно, — сказал Романов. — Я хочу предложить Вам помощь в восстановлении воспоминаний бывшего адвоката Константина Романовича.

— Роман сказал Вам, что я возилась с Дроздовым три дня и испробовала всё, что только можно? И что я не просто не смогла добиться нужного результата, а даже самую малость не продвинулась в этом направлении?

— Сказал. Именно поэтому я и прибыл сюда.

— Вы хотите сказать, что знаете способ, мне неведомый? — спросила бабушка, как мне показалось, с лёгкой иронией.

— Я знаю способ, Вам недоступный в силу расовых ограничений используемой Вами магии, — спокойно ответил Романов. — Есть одно заклинание магии крови, очень сильное и мало кому поддающееся, и мне кажется, в нашем случае оно может помочь.