Книга Вызов, страница 150 – Алексис Опсокополос

Мы ехали в одной машине: Нидербергер, его адъютант, Айзеншмид и я. По дороге руководитель центра спросил меня:

— Гроховски, твоё выступление и победа в турнире доставили мне много приятных минут, и воспоминания об этом будут ещё долго доставлять. Я хочу тебя отблагодарить. Что я могу для тебя сделать?

— Мне ничего не нужно, господин майор, — ответил я. — Мне тоже победа в турнире доставила огромное удовольствие. И это был очень ценный опыт.

— Я всё понимаю, но всё же хочу тебя отблагодарить. Чего бы тебе хотелось, Гроховски? Не стесняйся, проси что хочешь. Твоя победа принесла мне, помимо всего прочего, тысячу марок. Поэтому я настаиваю на том, что должен тебя отблагодарить.

— Вы сделали ставку? — удивился я.

— Нет, кончено, — Нидербергер рассмеялся. — Ставки запрещены. А вот пари никто не отменял. Но скажу тебе честно, сама по себе тысяча марок — ерунда по сравнению с эмоциями, которые я испытал в тот момент, когда смотрел на лицо Генриха Келлера, отдающего мне эти деньги.

Руководитель центра «Ост» рассмеялся во весь голос, после чего сказал:

— Так что выбери, Гроховски, чем я могу тебя отблагодарить за эти прекрасные эмоции. Может, тебе что-нибудь нужно?

«Подари мне карту Польши», — подумал я, с досадой констатируя факт, что мы скоро отъезжаем в Восточный, а карту я так и не раздобыл.

Так как портить настроение Нидербергеру и, соответственно, отношения с ним мне не хотелось, я решил совместить полезное с приятным и сказал:

— Если Вы так настаиваете, господин майор, то я не отказался бы угостить ребят с нашего центра или хотя бы с моего отряда лимонадом и тортом в честь моей победы.

— Это очень достойное желание, Гроховски. Сегодня за ужином мы будем отмечать твою победу всем центром. С тортами и лимонадом. Я обещаю. Но может, тебе хотелось бы чего-то для себя?

— Нет, господин майор, для себя мне ничего не нужно.

— Хорошо, договорились, — сказал майор. — Пока мы будем собираться, Штольц заедет в кондитерскую на городском рынке и купит лучшие торты. Можешь даже сказать ему, какие ты больше любишь.

— А нельзя мне поехать с ним? — я понимал, что это невероятная наглость, но всё же решил попытать счастья, пока руководитель центра пребывал в хорошем расположении духа. — Мне на сборы надо всего пять минут.

Я знал, что уж на рынке точно можно раздобыть карту. Хоть у меня и не было денег, чтобы её купить, но тщательно рассмотреть её мне никто бы не помешал.

Нидербергер растерялся, но затем сказал:

— Почему бы и нет? Поможешь Штольцу это всё донести. А заодно купишь чего-нибудь себе или своей подружке.

Майор засунул руку во внутренний карман кителя, достал оттуда бумажник, из которого извлёк две купюры по сто марок. Руководитель центра протянул деньги мне и сказал:

— Держи! И не спорь.

Уж что-что, а спорить я не собирался. С такой суммой возможность вернуться с рынка, держа в руках карту Польши, становилась практически стопроцентной. Я забрал деньги и сказал:

— Благодарю Вас, господин майор!

В отеле я, как и обещал, уложился за пять минут — переоделся, сменив курсантскую форму на спортивный костюм, собрал сумку и выскочил на автомобильную стоянку ждать Штольца. Тот задержался ненадолго, а когда вышел, мы с ним сели в машину и поехали на рынок. Там мы быстро нашли кондитерскую и купили пятнадцать тортов из расчёта на все пять отрядов и преподавательский состав.