Книга В шоке, страница 39 – Алексис Опсокополос

— Я же сказала, тогда в девяносто пятом был шанс пойти по другому пути. Но не пошли. А мы хотим вернуть этот шанс. Самое обидное, что тогда правительства многих стран были против тотального чипования, объединения данных в одну систему и тотального контроля. Россия могла этому помешать, вроде даже какое-то время мы одни из мировых держав были против. Но корпорации продвинули эту идею. Транснациональные компании, крупнейшие банки и корпорации выделили уйму денег на создание и тестирование Системы. Попытки её создать начались ещё в восьмидесятые, но лишь в девяностых до этого дошли в плане технических возможностей. А в девяносто пятом на секретном саммите шестнадцати наиболее развитых стран было принято решение о запуске Системы.

— Так эта хрень всего в шестнадцати странах работает?

Катя грустно улыбнулась.

— Если бы. Потом весь мир присоединился. Кто-то сам, кого-то заставили.

— А если кто-то не хотел?

— А это мало кого волновало. Не так уж сложно заставить коррумпированное руководство отдельно взятой небольшой страны принять условия сильных мира сего.

— И вот прям из всех руководителей этих стран, ни один не нашёлся, кто бы сказал: «Да идите вы все лесом!»?

— Каддафи сказал. Помнишь, чем это всё закончилось?

— Жесть! — мне было трудно в это поверить. — И Саддама за это?

— Саддама за то, что отморозок был. А полковник был последним, кто осознавал опасность этой Системы. И единственным, кто не испугался выступить против, когда увидел, к чему это всё ведёт! — Катя вгляделась вдаль. — Свали быстро! Кто-то едет.

Я тоже заметил приближающуюся машину и нырнул в придорожные кусты. Через несколько секунд возле моей сообщницы притормозила старая разбитая Приора.

— Работаем? Или просто пожрать на халяву да бухнуть охота? — пошёл сразу с места в карьер водитель, полноватый лысеющий мужик лет сорока.

— Смотря что пожрать есть? — поддержала беседу Катя, да так как по-деловому, что я проникся уважением к её актёрскому таланту, видимо не зря в диверсионной школе парту полировала.

— Не волнуйся, голодной не останешься, садись! Поехали! Тебе понравится!

Катя подошла к машине и заглянула в окно.

— А можно я за руль?

— Что? — водитель сначала опешил, а потом расхохотался от такой наглости придорожной девки. — За руль что ли охота подержаться? А давай-ка я тебе лучше ручник дам передёрнуть, а? Понимаешь о чём я?

Мужик так смеялся, что даже не заметил, ни как я подошёл к машине, ни даже как стал возле его двери в полный рост.

— Слышь, Петросян! — мрачно рявкнул я шутнику почти в самое ухо. — Поди-ка в лесу свой ручник передёрни, пока есть что передёргивать!

Очень уж мне не понравились его шутки в адрес Кати, да и вообще не люблю я категорию мужчин, снимающих женщин за еду и выпивку. Смеяться мужик перестал сразу же. То ли морда у меня была совсем суровая, то ли позаимствованный у убитого охранника автомат я держал слишком вызывающе, но любитель дорожных развлечений долго раздумывать не стал, а пулей выскочил из машины и рванул со всех ног к лесу, ни разу не оглянувшись за всё время своего бега.

— Можно я за руль? — уже мне повторила свой вопрос Катя, и на всякий случай сразу пресекла все мои попытки обыграть её предыдущий разговор с хозяином машины. — Просто да или нет?