Книга Повелитель огня III, страница 61 – Алексис Опсокополос

Да к тому же если и получится уйти без боя, что дальше? Снова в бега, только на этот раз ещё и от чёрных братьев бегать? Сколько можно? Нет, надо идти в Новгород и договариваться. Владыка Севера явно не дурак, раз сумел создать такую армию и в целом смог противостоять огневикам, а значит, шанс договориться был.

Конечно, напрягали слухи, что он безжалостный псих и душегуб, но ведь и о чёрных братьях говорят то же самое. А по факту они оказались обычными люди, когда шлемы сняли — смех, разговоры, шутки. Пленных пожалели, к нам отнеслись нормально, даже к Гарику, хоть он и не принял покровительства Владыки. Может, и сам хозяин северных земель не такой уж и монстр.

— Откуда ты узнал, что если принять власть Владыки Севера, то чёрные братья окажут помощь? — спросил я, повернулся к Вадиму.

— Я рассматривал разные варианты, когда понял, что отец во что бы то ни стало намерен женить меня на дочке посадника, в том числе и уход на Север, — ответил сын пасечника. — Поэтому собирал информацию.

— Как я понял, на Север легко прийти, но уйти потом оттуда не так-то просто, — заметил Гарик.

— А я и не собирался оттуда потом уходить, — сказал парнишка. — Я действительно хочу стать чёрным братом.

— Откуда такое желание, если не секрет? — поинтересовался я.

— Воином быть почётно, — ответил Вадим.

— Ну и шёл бы в дружинники.

— Отец бы не пустил.

Что ж, логика в действиях сына пасечника была, но тем не менее это парень удивил меня сильно. Какое-то время мы ещё посидели молча, затем я сказал:

— Вадим, Ясна, идите к лекарю, он, похоже, почти освободился, не стоит заставлять Станила напоминать нам об этом.

Крепинская княгиня и потенциальный чёрный брат отправились к лекарю, а Горек, глядя им вслед, произнёс:

— Удивительно.

— Что именно? — уточнил я.

— Всё, — ответил королевич.

— Небось, уже пожалел, что с нами пошёл? — спросил я.

— Да как ты можешь так говорить, Владек⁈ — воскликнул горан. — День, когда вы появились в Дрекборе — лучший в моей жизни! Что бы нас ни ожидало в Новгороде, я уверен: мы повеселимся на славу!

— Мне бы твой оптимизм, Гарик, — усмехнувшись, произнёс я.

— А мне — твою способность притягивать приключения! — сказал королевич и расхохотался.

С первой же заставы Станил отправил в столицу Севера лазурника с вестью о том, что его отряд вступил в бой с огневиками, и что несколько человек, в том числе сын Велиградского князя, признали над собой власть Владыки Севера. И что теперь мы едем в Новгород. Так что там нас должны были ждать.

Добрались мы до столицы быстро — за пять дней. Ехали малой группой: сам Станил, пятеро чёрных братьев на подхвате и мы. А основной отряд остался выполнять свои задачи.

Дороги у северян оказались устроены ничуть не хуже, чем у огневиков в Девятикняжье. Основной тракт, проложенный через леса и болота, был широким и ровным, в низинах дорога поднималась на деревянных настилах — толстых бревенчатых мостках, связанных просмолёнными канатами. На перекрёстках были установлены каменные вехи с вырезанными символами — стрелами, указывающими направление к ближайшему поселению или заставе.

Через каждые двадцать — тридцать вёрст мы останавливались на станах, которые на Севере назывались станциями, что было для меня — человека двадцать первого века более привычно. Хотя сами эти станции особо не отличались от тех станов, что я видел в Девятикняжье: такие же укреплённые дворы с деревянными воротами и несколькими постройками внутри. Как правило, это были конюшня, амбар и домик станового, которого здесь вполне логично называли смотрителем станции.