Книга Хозяин облачного трона 1, страница 46 – Алексис Опсокополос

Ну а здесь, на платформе, уже не потренируешься. Это не место для тренировок. Если заклинание сорвётся или выйдет не так, как надо — выставлю себя на посмешище, а то и вовсе подставлю всех. Да и времени для отработки не было, если уж на то пошло.

Осознав этот грустный факт, я пришёл к выводу, что мне придётся с простейшими заклятиями магии воздуха идти против тварей из другого мира. План был в целом неплох в своей простоте, но имел один минус — не оставлял шансов на выживание. Максимум — продержусь на несколько секунд дольше, чем тот бедолага с камнем в руках. А хотелось большего. Хотелось не просто погибнуть с видом храбреца, а всё же попытаться отбиться.

А отбиться в сложившейся ситуации можно было лишь в одном случае — призвав на помощь Хранта Разрушителя. В битве с чудищами стоило полагаться на его навыки и силу, а не на навыки Ари — это понимание пришло ко мне довольно быстро.

Да, риск был велик: Хрант мог попытаться взять верх, прорваться сквозь моё сознание, и забрать контроль над этим телом. Но в этом случае всё равно оставался хоть какой-то шанс вернуть себе контроль. А вот с «клином воздуха» против тварей из прорыва шансов не оставалось никаких. Так что я особо и не выбирал.

За этими мыслями я не сразу заметил, как трое мужиков отправились на пароме к берегу за обедом. Вернулись они с плетёными корзинами и двумя котелками. В корзинах оказались караваи грубого ржаного хлеба, несколько головок лука и кувшины с вином. В котелках — похлёбка на рыбьем бульоне, жидкая, с плавающими кусками корнеплодов и редкой крупой.

Все быстро разобрали еду и расселись за столы: за один — рыцари и маги, за другой — все остальные. Бедняки жадно накинулись на хлеб и похлёбку, будто у них за плечами была как минимум неделя голодовки. Они рвали руками хлеб и жадно запихивали его в рот, суп хлебали так, что брызги летели во все стороны. Зрелище было то ещё, но я этих людей не осуждал — догадывался, что не от хорошей жизни они дошли до такого состояния.

Мы с Лирой сели за стол наёмников. Те даже взглядом нас не удостоили, продолжая спокойно есть, будто нас вообще не существовало. Нас такой расклад очень даже устроил. Я откусил от ломтя хлеба и зачерпнул деревянной ложкой похлёбку. На вкус — пустовато, но горячо и относительно сытно. Лук придавал остроту, рыба хоть и разварилась в нитки, но оставляла после себя привкус чего-то настоящего, наваристого. В любом случае другой еды не было, а организму требовалось топливо.

Под вечер история повторилась: мужики сгоняли за ужином. Варёная рыба, похоже, из этого самого озера, к ней пареная репа и квашеная капуста — всё невкусно, но съедобно. И главное — свежеприготовленное из нормальных, не гнилых продуктов.

Остаток дня я провёл рядом с Лирой — говорили с ней о всякой ерунде, и от этого становилось спокойнее. Время от времени ходили смотреть на разлом. Ближе к ночи он изменился. Сначала по его краям заметно усилилось свечение — вода вокруг будто засеребрилась, а само марево над разломом стало пульсировать, словно там что-то дышало. А потом от центра начали расходиться кольца, как от камня, брошенного в пруд.

Разумеется, «эксперты» из народа тут же начали всё это обсуждать и делать выводы. Одни опять уверяли, что твари полезут уже вот прямо сейчас, другие — что ещё рано, ход пока не сформирован.