Книга Хозяин облачного трона 1, страница 1 – Алексис Опсокополос

— Суд рассмотрел ваше дело и не нашёл никаких смягчающих обстоятельств, — произнёс судья, глядя мне прямо в глаза. — Впрочем, совершённое вами преступление настолько чудовищно, что этих обстоятельств просто не может существовать!

Зал суда был небольшим и мрачным. Каменные стены, гладкие и холодные, отражали каждый звук, усиливая его, словно издевались. Высокий потолок нависал тёмной плитой, а узкие окна под самым сводом пропускали лишь тонкие полосы бледного света.

— Но почему вы считаете, что у меня нет смягчающих обстоятельств? — обратился я к судье. — Я лекарь, я выполнял свою работу и выполнил её, между прочим, очень хорошо.

Судья — старик с глубокими морщинами на лице, густыми седыми бровями и жёстким взглядом посмотрел на меня так, словно я сказал нечто ужасное.

— Вы не выполнили свою работу! — резко ответил судья, и голос его сорвался на крик, в котором слышалось не только возмущение, но и личная обида, будто совершённое мной осквернило вообще все устои, которым он служил.

— Выполнил, — возразил я. — Императрица Виалора должна была забеременеть, и она забеременела.

— Но она должна была забеременеть от императора, а не от вас! — сорвался судья и ударил молоточком с длинной ручкой по серебряному колокольчику.

Чистый, холодный звон разнёсся по залу, отразился от камня и стих так же внезапно, как и появился. Император нахмурился. Он сидел в массивном кресле, больше похожем на трон. Широкоплечий, могучий, с густой чёрной бородой и лицом, словно высеченным из гранита. Глаза монарха сверкнули огнём, и от одного этого взгляда мне стало тяжело дышать. Сила, исходящая от него, так придавила зал, что судьи невольно ссутулились, втянув головы в плечи.

Но император сдержался и погасил гнев. Для чего он явился на этот фарс, я так и не понял. Ведь меня могли убить без суда и следствия — и никто бы обо мне не вспомнил. Но нет, устроили заседание. Закрытое: кроме меня, императора и трёх судей в помещении никого не было. Ни обвинителя, ни защитника, ни охраны — слишком уж щекотливым было дело.

— И так как вам нечего сказать в свою защиту или оправдание, — продолжил судья, — то я намерен закончить рассмотрение дела и прямо сейчас вынести приговор!

— Но почему нечего? — сказал я. — Мне есть что сказать в своё оправдание.

— И что же?

На меня с любопытством посмотрели все, включая императора.

— Она красивая, — произнёс я, улыбнувшись. — Я просто не удержался.

И снова волна ярости захлестнула помещение, и снова император сдержался. Это было странным. Что за мазохизм? Признаться, меня удивляло его поведение: я не понимал, зачем он приказал устроить этот цирк и сам в нём участвовал.

Немедленная казнь была самым логичным вариантом, и именно на неё я рассчитывал. Казнь с последующим перерождением — всё как мы договаривались, когда я подписывался на эту работу. Но видимо, император любил боль. В том числе и моральную.

А судья тем временем приступил к зачитыванию приговора.

— Учитывая чудовищную тяжесть совершённого преступления и отсутствие каких-либо смягчающих обстоятельств, я приговариваю Ферона Авиранна к вечной заморозке! — произнёс старик и ударил молоточком по колокольчику.

А вот это уже паршиво. Заморозка в мои планы никак не входила. Похоже, псы императора разузнали, что я прошёл ритуал, и после обычной казни моя сущность не развеялась бы в пустоте, а переселилась в новое тело. Поэтому и придумали такой приговор: вечная заморозка. Худший вариант из всех возможных. Теперь ясно, зачем пришёл император — увидеть моё лицо после оглашения приговора.