Книга Хозяин облачного трона 2, страница 122 – Алексис Опсокополос

— Можешь не стоять над душой, — продолжил целитель. — Теперь точно всё будет нормально. Просто заражение очень сильное и обширное, придётся долго повозиться. Но это лишь вопрос времени. Иди погуляй. Тут возни на час, а то и на два.

Я хотел было сразу уйти, но всё же не удержался и спросил:

— Господин целитель, что вы имели в виду, когда сказали «теперь уже плевать»? Что случилось?

Таливир помолчал, продолжая работать над Лирой. Потом ответил, и в его голосе звучала нескрываемая досада:

— Сегодня последний день моей работы в академии.

Я опешил и даже не сразу смог отреагировать.

— Но как? — воскликнул я, придя в себя. — Почему?

Целитель горько усмехнулся и, не прерывая лечения, пояснил:

— Новый директор решил уволить всех, кто занимает хоть сколько-нибудь значимую должность в академии. Говорит, что так он избавляется от наследия прошлого директора. Он уверен, что все, кто был хоть как-то близок к бывшему директору, замешаны в его махинациях. А я старший целитель, вот и попал под подозрение. И, соответственно, под увольнение.

Я несколько секунд переваривал услышанное.

— В академию прислали не очень умного нового директора, — сказал я наконец.

Таливир на это лишь грустно усмехнулся.

— Кого ещё уволили? — спросил я.

— Двух заместителей директора, старшего наставника, начальника охраны академии, коменданта общежития, ещё кого-то, я уже и не помню. И даже секретаршу бывшего директора. Все сегодня отрабатывают последний день. Я вот итоговые отчёты как раз заполнял.

Я почувствовал, как внутри поднимается злость, и сказал:

— Уверен, что все эти люди не были заодно с бывшим директором в плане его воровства. Директору не нужны были сообщники, это глупо. Одному воровать проще и безопаснее. И даже если эти люди в чём-то и виноваты, то точно не в участии в финансовых махинациях. Они не заслужили такого отношения.

Таливир кивнул, вздохнул и согласился со мной:

— Никто не заслужил такого отношения. Все подавлены и оскорблены. Секретарша вообще третий день плачет — с того момента, как ей сообщили об увольнении. Но будь добр, Оливар, уйди и не мешай.

Я кивнул и уже начал разворачиваться, чтобы уйти, но целитель вдруг спросил:

— А сам-то ты в порядке? Самому помощь не нужна?

— Нет, — ответил я. — Не нужна.

— Не стесняйся, — добавил Таливир. — После девушки смогу и тебя посмотреть.

— Благодарю, но со мной действительно всё хорошо, — сказал я и опять вспомнил о регенерации.

С мыслями об этой невероятной способности, что проявилась после боя, я вышел из кабинета. Было очень интересно, осталась ли она? Или была временной, как серая кожа и когти? Очень хотелось проверить, тем более что проверить было проще простого. Но не сейчас. Чуть позже. Сначала нужно было решить срочное, внезапно возникшее дело. Поэтому, покинув лазарет, я уверенным шагом направился к административному корпусу.

Войдя в приёмную директора, я первым же делом посмотрел на секретаршу. Как и сказал Таливир, глаза у бедняжки были на мокром месте. Прямо сейчас она не плакала, но её миленькое и обычно улыбающееся личико было красным и опухшим от слёз, а в руках она комкала мокрый платок.

При виде этого зрелища мне захотелось просто зайти к директору и свернуть ему челюсть. Но я был уже не у разлома, да и секретарше, как и всем остальным невинно пострадавшим сотрудникам академии, это ничем бы не помогло, поэтому действовать нужно было не кулаками, а головой.