Книга Хозяин облачного трона 2, страница 111 – Алексис Опсокополос

Гвардейцы и Лира тем временем атаковали. Они без остановки били по чудищу разными боевыми заклятиями: пытались разрезать каменную плоть воздушными клинками; выпускали в неё ледяные стрелы и колья; стегали её плотными водяными хлыстами; пытались пробить её защиту сгустками огненной плазмы. Но толку не было: заклятия либо разбивались о каменную шкуру, либо вообще рассеивались на подлёте.

Тварь казалась неуязвимой. И это она ещё не атаковала в ответ. Как мне показалось, она пока лишь осваивалась, приходила в себя, потому как, кроме отмашек и злобного глухого рычания, я не заметил никаких проявлений агрессии с её стороны. Весь бой пока сводился к тому, что пятеро гвардейцев, капитан и Лира лупили по твари. А она лишь принимала удары.

Но в тот момент, когда я уже почти подошёл к ним и начал задумываться, какое мне выбрать заклятие для атаки, тварь резко бросилась на двух гвардейцев. Движение оказалось настолько неожиданным и стремительным, что бойцы не успели на него среагировать. Каменный медведь схватил одного из них массивной лапищей за левое плечо, а второй лапой вцепился в правый бок и разорвал беднягу пополам.

Капитан и Лира, которые в этот момент находились по бокам твари, одновременно бросились в ближнюю атаку, пытаясь отвлечь чудовище от раненого. Отвлекли. Зверюга отбросила гвардейца и мгновенно повернулась к Лире. И не раздумывая нанесла удар лапой. Он пришёлся Лире под рёбра и был такой силы, что никакая защита не удержала длиннющих когтей. Прямо на моих глазах они вошли в бок Лире, а затем тварь подхватила девушку и подняла её вверх, словно лёгкую куклу, поднесла к дымящейся пасти и принялась разглядывать.

Каменный медведь зарычал, оскалился, дым из его пасти повалил гуще, а глаза вспыхнули сильнее. И он не сводил этих глаз с Лиры. Казалось, чудовище решает, сожрать мою напарницу или разорвать её, как гвардейца, и выбросить.

Мне стало жутко от страха за Лиру, внутри всё похолодело, и я бросился к чудовищу со всех ног, понимая при этом, что вообще не смогу ничего с ним сделать. Но всё равно бежал — не смотреть же со стороны на всё это. А пока я бежал, капитан закрутил вокруг своей руки плотную водяную плеть, усилил её до состояния стального троса и хлестанул прямо по морде твари.

Попал удачно — по глазам, и звук раздался такой, словно кайлом со всей силы ударили по камню. Тварь дико взревела. От боли или ярости — неважно. Главное — она разжала когти и отшвырнула Лиру. Та отлетела метров на пять-семь, ударилась об настил, прокатилась по его поверхности, перевернулась несколько раз и замерла — вся в крови, с разорванным боком. Это было жуткое зрелище, но шансы на то, что Лира жива, оставались. Как минимум тварь не разорвала её пополам, а это уже немало в ситуации, когда рядом на берегу находятся лекари.

А чудовище теперь шло на капитана. И да, это был не краснокожий, это был далеко не краснокожий. Это была тварь совершенно другого уровня, несравнимо более сильная и опасная. И я понимал совершенно ясно: одной силы или ярости Хранта против такого чудовища точно не хватит. Слишком могучим был этот чёрный, каменный медведь.

Я бросил взгляд на неподвижную, окровавленную Лиру, на капитана, идущего прямо на монстра и явно понимающего, что это его последний бой, на жуткого каменного исполина с дымящейся пастью и горящими глазами, и… пальцы сжались сами собой.