Книга Белый кот старейшины Цунчжэ. Том 1, страница 203 – Юй Сы

— Ты пропустил начало, – холодно сказала она.

— Я ходил посмотреть на бой Цзи… старейшины Цунчжэ, – стушевался великий Дракон под взглядом Второй госпожи Чэнь. – Там уже распределили противников.

— А бои на арене кланов для тебя уже не так интересны? – приподняла брови Чэнь Сяньюй, ее взгляд колол брата, точно иголками.

— Интересны-интересны, – закивал тот, расправляя складки на своем ханьфу. – А-Цю немного нервничает.

— Поделом ему, – отрезала Чэнь Сяньюй.

Однако Чэнь Канлун прожил с ней бок о бок более пятисот лет, поэтому знал ее как облупленную. Не обращая внимания на ее слова, он продолжил:

— У него первый бой с учеником секты Бэйюэ^[146], второй – с Линьцзи, третий… – перечислял он, загибая пальцы. Чэнь Сяньюй смотрела на арену, как будто ни капли не заинтересованная, но когда брат замолк, пытаясь вспомнить таблицу, она повернулась к нему.

— А третий?

С тихим смешком Чэнь Канлун продолжил:

— Кажется, с маленьким монахом из обители Шаолинь.

— Шаолинь? – Брови Второй госпожи Чэнь сошлись на переносице, но она тут же приняла невозмутимый вид. – Все это неважно. Я приду посмотреть только на финальный бой, если он сможет покинуть арену сект.

— А если не сможет?

— Тогда я заберу его домой, – безапелляционно отозвалась Чэнь Сяньюй, тем самым закрывая обсуждение. Она плотно сжала челюсти и уставилась на арену, но на самом деле ее не видела, потому что обдумывала, каким же сложным будет третий день для ее сына…

Первый день Конференции пролетел очень быстро. После боя Цин Юйдуня и Эрлана остальные на их фоне казались какими-то тусклыми. Чтобы ускорить проведение сражений, арену поделили пополам прозрачными барьерами – изнутри они были непроницаемы, не давая сражающимся отвлекаться на соседей, а снаружи позволяли зрителям отлично видеть, что происходит.

Первый день всегда был самым скучным. Выиграв свой бой с учеником секты Бэйюэ и заслужив одобрительный кивок Учителя (а также шепотки, мол, «Дракончик не так уж и плох», которые заставили его выпятить грудь от самодовольства), Чэнь Цзяолун уже некоторое время зевал, глядя на арену. Он хотел дождаться Хоу Пэна и Мин Даня и прогуляться до других арен, а также что-нибудь перекусить.

Мин Дань как раз сражался на арене со своим противником – какой-то неизвестной А-Цю девушкой, одетой в светло-розовое ханьфу секты Пинхэн, расположенной в горах Хунаня^[147]. Ее оружием был длинный изящный клинок, и она быстро двигалась, сражаясь с призрачными марионетками Мин Даня. В отличие от боя с А-Цю, в этот раз он не напускал тумана, но его веер Улань со свистом рассекал воздух. Несмотря на то, что личные ученики могли носить что им вздумается, Мин Дань всегда ходил в форме секты Юньхэ – темно-зеленый халат, черные штаны и черные сапоги. Его рукава развевались, Улань порхал, и Чэнь Цзяолун внимательно следил за ним. Он пожалел, что рядом не было Хоу Пэна, – тот готовился к бою внизу, – и никто не мог разъяснить ему техник пика Цоцзюэ: шисон, несмотря на легкомысленный вид, прекрасно разбирался в чужих техниках, намного лучше шицзе.

Кстати о шицзе. Взгляд А-Цю переместился на девушку, которая сражалась на другой половине арены. Ее лицо раскраснелось, по лбу струился пот, но она не сдавалась. С громким звоном ее огненный меч сталкивался в воздухе с одним из крюков-шуангоу^[148] соперника – юноши из обители Шаолинь. Он был обритым, как все монахи, одет в оранжевую маньи, ослепляющую своей яркостью, но у него было молодое симпатичное лицо и нахмуренные густые брови, нелепо выделяющиеся на фоне лысой головы. А-Цю дал бы ему лет двадцать. Судя по виду Цай Хуэй, ей приходилось нелегко.