Книга Мама, я женюсь! Или уговорим невесту позже, страница 6 – Рина Сивая

Я не дала ему договорить.

Магия толкнула его в грудь, а я, вложив в этот жест все накопившееся за ночь бешенство, добавила еще и руками.

Мой нежеланный гость вылетел в окно.

На один сладкий, восхитительный миг я правда решила, что справедливость в мире существовала, и перегнулась через подоконник.

Увы: этот невыносимый человек, вместо того чтобы сломать шею о мостовую, мягко спружинил на каком-то выступе, ухватился за декоративную решетку, перемахнул вниз с ловкостью уличного кота и, обернувшись, еще успел поднять ко мне лицо.

В темноте блеснула белозубая усмешка.

— Пока, незнакомка! — тихо бросил он.

— Пока, незнакомец! — рявкнула я в ответ. — И чтоб тебя демоны сожрали!

Он рассмеялся – легко, почти беззвучно. Отвесил мне какой-то совершенно издевательский полупоклон прямо с узкого карниза, спрыгнул вниз и растворился в ночи так быстро, будто и впрямь состоял не из плоти и крови, а из нахальства, лунного света и дурных решений.

Я еще несколько секунд смотрела в темноту, сжимая пальцами подоконник так, что дерево жалобно скрипело.

Потом захлопнула окно, повернула задвижку, для надежности повесила все охранные заклинания, которые знала, после чего проверила еще и дверь.

И только затем медленно села на край кровати, пытаясь понять, что именно сейчас произошло и почему у меня до сих пор горели губы так, будто на них оставили клеймо.

— Идиот, — сообщила я в пустую комнату.

Комната, к сожалению, была со мной согласна.

На полу валялся опрокинутый стул. На комоде красовалась вмятина. Простыня сбилась в узел. Рядом на полу валялись остатки мужского камзола. А я сама выглядела так, словно пережила одновременно покушение, скандал и очень сомнительное романтическое приключение.

Что, в сущности, было недалеко от истины.

Я прижала пальцы к губам и тут же зло отдернула руку.

Нет.

Нет уж.

Какой бы там новый мир ни открыл мне этот несносный мерзавец своим проклятым поцелуем, исследовать его дальше я точно не собиралась.

У меня были дела поважнее. Например, выспаться. Или кого-нибудь поднять из могилы. Или переехать в другой трактир.

Что угодно, лишь бы больше никогда в жизни не видеть самодовольных мужчин, которые сваливаются посреди ночи в чужие окна и ведут себя так, будто весь мир создан специально для их удобства.

Я легла обратно, натянула на себя одеяло до самого носа и зло уставилась в потолок.

Сон, разумеется, и не подумал возвращаться.

Перед глазами стояла его улыбка. В ушах звучал этот проклятый, веселый шепот. А губы все еще помнили поцелуй.

— Чтоб тебе шею все-таки свернуть, — пробормотала я.

Потом подумала и добавила уже честнее:

— И чтоб я тебя больше никогда не встретила.

Судьба, конечно, в таких случаях обычно начинала смеяться.

Но я тогда этого еще не знала.

Глава 3. Знаки судьбы

Арчибальд Стоунхарт

В карауле было скучно. Вернее, не так: сначала тут было очень даже весело, потому что я делился с однокурсниками своими вчерашними похождениями, а они восхищались, изумлялись и откровенно гордились знакомством со мной.

А потом пришел куратор Доргсан и испортил все веселье. Поэтому мне пришлось торчать на западных городских воротах и изображать из себя сурового стража.

Выходило не очень.

Во-первых, потому что я не выспался – что не удивительно, когда ты первые полночи совершаешь любовные подвиги, а вторые полночи от этих подвигов улепетываешь. Во-вторых, потому что этими воротами вообще никто не пользовался: для торговых телег и пассажирских дилижансов они были слишком узкие, для пеших путников – неудобно расположенными, ведь отсюда дорога делала такой крюк по окрестностям, что кроме пары деревень никуда и не доберешься.