Книга Осколки наших разбитых сердец, страница 38 – Daria Tetslova

Не говорить же ему, что мой бывший ворвался в мою жизнь с двух ног, и теперь я чувствую себя потерянной, словно откатилась на пять лет назад, когда только начинала вставать на ноги после предательства Игоря. Словно все усилия, которые я приложила, чтобы забыть и двигаться дальше, вдруг стали напрасными.

Как только мы переступаем порог квартиры, на меня несётся мой маленький ураганчик.

— Мамулечка, привет! — обнимает меня дочь и пищит от радости.

Прижимаю к себе Ладу крепче и вдыхаю аромат её волос, словно пытаясь запечатлеть этот момент в памяти навсегда. Поверх головы дочки вижу зрителей: Алина смотрит на нас с тёплой улыбкой, а Влад разувается и тоже поглядывает в нашу сторону, его глаза немного грустны.

— Привет, пуговка, — целуя её в макушку, и отстраняюсь, чтобы снять кроссовки.

— Лада, пошли пока разложим ужин по тарелкам, пока мама с Владом моют руки, — предлагает Алина, отвлекая Ладу. Та с готовностью соглашается, и они вместе исчезают на кухне, где вскоре раздаётся звон посуды и тихие смешки.

Уже на кухне Алина с Ладой кормят нас всех, ужинаем в тишине, иногда переглядываемся. Ладе быстро надоедает в нашей тихой компании, и она убегает в комнату смотреть мультики.

— Ты разговаривал с ним? — спрашиваю у Влада. Он сразу понимает, о ком речь, и отвечает, не задумываясь.

— Только по работе. Назначение пришло сверху, я не мог отказаться, — отвечает он.

Алина, нахмурив брови, смотрит на нас, явно не понимая, о ком идет речь.

— Игорь прилетел и теперь работает анестезиологом у нас в отделении, — поясняю ей, наблюдая, как её глаза округляются от удивления.

Она переводит взгляд на Влада, и тот молча кивает, подтверждая мои слова. В этот момент её лицо меняется — удивление уступает место ярости.

— И что этому мудаку тут нужно? — зло бросает Алина, её голос звучит резко, а взгляд становится ледяным.

— Малинка, спокойно, — пытается утихомирить её Влад, но его слова лишь подливают масла в огонь.

— Спокойно? Ты серьезно? Да как у него вообще совести хватило появиться после всего? — Алина сверкает глазами. — Он тебе что-то сказал? Сделал? — уже с тревогой спрашивает она, обращаясь ко мне.

— Нет, мы не общались. На совещании пересеклись и всё. Но я не представляю, как нам работать вместе...

Алина сразу подсаживается ближе ко мне и обнимает за плечи, растирая, успокаивая меня. Влад сидит задумчиво, поглядывая на нас.

— Тогда зачем такие сложности? Устраиваться на работу к нам, чтобы что? Это не делает его ближе к Ладе. Только меня нервирует своим присутствием, — качаю головой, чувствуя, как внутри всё сжимается.

— Через тебя стать ближе к ребёнку, — тихо, но настойчиво добавляет Алина, её взгляд не отрывается от моего.

Алина, несмотря на свою неприязнь к Игорю, уверена, что нужно рассказать ему о дочке. Но не ради него, а ради Лады — ради её права знать своего отца, каким бы он ни был.

— Не уверена, что дело в ребёнке. Ведь он сам предложил деньги на аборт, он, скорее всего, уверен, что я его сделала, — отвечаю я, пытаясь разобраться в хаосе своих мыслей.

Я не знаю, что меня больше тревожит: его внезапное появление спустя столько лет с желанием познакомиться с дочкой или его полное равнодушие к тому, что она вообще существует.

— Вы не разговаривали после этого? — вклинивается в разговор Влад.