Книга Без страха и упрёка, страница 105 – Андрей Земляной

Синяя полоса легла от локтя к плечу.

Если бы клинок был настоящим, рука оказалась бы рассечена.

Штурмин почувствовал злость, прежде всего на себя. Он слишком сосредоточился на оружии противника и позволил Гарсиа использовать толчок для смены угла.

Второго движения Алексей уже не пропустил. Он прижал вооружённую руку к корпусу Энрико, сбил его с опоры и провёл учебным ножом по шее.

Посредник, сидевший возле дороги, поднял красный флажок.

— Гарсиа условно уничтожен. Штурмин легко ранен в левую руку, пользоваться ею может.

Энрико сразу прекратил сопротивление и отошёл в сторону.

Водителем оказался Борис Ласкин. После команды посредника он покинул машину и сел у канавы, изображая убитого. Офицером с пакетом был Виктор Копытин.

Катерина обыскала условного пленного, забрала пистолет и обнаружила пакет под гимнастёркой. Сулакшин связал ему руки и проверил карманы.

Всё заняло меньше двух минут.

Потом с высоты донеслась короткая очередь холостыми.

Сарик подавал сигнал опасности.

Со стороны мастерской к дороге двигалась группа преследования. Ласкин, уже не участвовавший в упражнении, остался возле машины. Гарсиа также выбыл. Остальные условные противники могли подойти через несколько минут.

— Уходим к ручью, — приказал Штурмин. — Семён ведёт пленного. Катерина замыкает. Сарик присоединится у каменного мостика.

Они не пошли по маршруту подхода, а спустились в заросшую балку, тянувшуюся на северо-запад.

Копытин двигался намеренно медленно, цеплялся за кусты и несколько раз пытался изменить направление. Семёну приходилось удерживать его за ремень.

Алексей понимал, что пленного следовало бы надёжнее связать и заставить идти быстрее. Но чрезмерная возня отнимала время, а наносить настоящий удар человеку на учебной проверке он не собирался.

Через километр впереди раздался условный взрыв.

Белый дым поднялся между деревьями. Посредник, шедший на удалении, объявил, что передовая группа попала под миномётный налёт. Катерина условно погибла, Сулакшин получил осколочное ранение бедра и не мог двигаться без помощи.

На ноге Семёна уже была закреплена учебная накладка с пакетом густой красной жидкости. После объявления посредника он лёг на землю, а Катерина отошла в сторону и больше не имела права участвовать.

Штурмин опустился рядом с раненым.

Кровь уже пропитала штанину, но признаков повреждения крупной артерии Алексей не увидел. Накладывать жгут только из-за обильного кровотечения было нельзя.

Он прижал рану, вскрыл индивидуальный перевязочный пакет и туго закрепил подушечки бинтом. Затем проверил пульс на стопе, чувствительность и попросил Семёна пошевелить пальцами.

На мгновение вспомнилась операционная: яркий свет, запах антисептика и инструменты на металлическом столике. Алексей отогнал воспоминание и ещё раз осмотрел повязку.

— Артерия не задета, жгут не требуется, — доложил он посреднику. — Через несколько минут нужно проверить повязку. Идти сможет только с поддержкой, быстро двигаться не получится.

Посредник сделал отметку в блокноте.

Сулакшин тяжело поднялся, опираясь на Алексея.

Копытин наблюдал за происходящим слишком внимательно для условного пленного. Потом неожиданно рванулся в сторону.

Штурмин успел схватить его за ремень, но из-за условно раненой левой руки не удержал сразу. Копытин почти вырвался, прежде чем Семён ударил его плечом и помог повалить на землю.