Онлайн книга «Квантум»
|
До меня дошло, что глаза мои открыты с помощью какого-то приспособления, и оно вызывало у меня сильный дискомфорт. Ироды, опыты тут свои проводят над моим телом! Когда лицо ассистента склонилось, я всю свою волю выдал на то, чтобы закричать, замычать, или хотя бы двинуть зрачками… Ну же! Вот он я! У меня там, на «капусте», аватару током оглушили! И что будут делать с ней, я ни хрена не знаю! Так, я же внушением владею… Этот лаборант точно ниже меня по рангу! Что мне надо? Обязательно ли озвучивать приказ? Может, достаточно зрительного контакта? — Давай скорее, Семён, — послышался сбоку голос Горячева, — Надо сделать фото радужки и сравнить с прошлыми показателями. — Да знаю я, знаю, профессор. Глазам и вправду стало легче, когда в них попала влага. В этот момент ассистент склонился и взглянул на меня, будто хотел удостовериться, что хорошо увлажнил зрачки. И в этот момент, поймав его взгляд, я снова всю свою волю бросил в приказ. «Говори!» — Говорю… — пробормотал ассистент. Загремел прибор, выпавший из его рук, что вызвало вздох ужаса от профессора. * * * — Семён, твою ж учёную степень! Ты знаешь, сколько это стоит⁈ — профессор Горячев вскочил, оторвавшись от монитора, и замер. Его ассистент сидел, странно ссутулившись и качаясь, уставившись при этом в глаза Киркову, и хрипел: — Квантум! Я Сергей Звягинцев, военная база Капуста, попал под ваш хренов блокатор сознания… Квантум! Я Сергей Звя… — тут ассистент отскочил и уставился на свои руки, а потом на разбитый прибор, — Вот же дрянь! Потом он тряхнул головой. — Ничего не пойму… — Звягинцев, Капуста, блокатор… — профессор быстро строчил в блокнот, — Семён, что за Капуста? — А? Я не знаю, — тот почесал затылок, — Профессор, извините, я просто уронил. Опять всё испортил. Но Горячев его уже не слушал. Схватив блокнот, он подлетел к Фёдору, по пути пнув многострадальный фотоаппарат, и заглянул в глаза подопытному. Чуть потряс его за плечо. — Кирков! Федя, ты слышишь? Нет, Кирков ничего не слышал. Всё так же сидел, вытаращившись в одну точку, даже зрачки не двигались. Профессор тут же метнулся обратно к монитору — показания, к счастью, сильно отличались от тех, которые выдавали прошлые бедняги-овощи. — Профессор, я просто… — Семён, попытайся вспомнить, о чём ты сейчас думал! — Я случайно уронил, я не хотел. — Да мысли у тебя какие были, а? О чём конкретно думал? — Ну я же говорю, профессор. Сам не понимаю, как выскользнуло… — Да я не об этой хрени! А-а-а… — профессор отмахнулся и схватил трубку, — Горячев! Сергеича мне! Как какого, идиоты? Генерала! Семён, морщась и потирая лоб, смотрел, как профессор пару минут кричит в трубку, потрясая блокнотом. Что-то о каком-то Сергее Звягинцеве, о какой-то капусте, и о блокаторе сознания. «Капуста какая-то! Вы наш блокатор что, в капусту засунули⁈ Что? Охренеть, вы назвали… Звягинцев! Сергей Звягинцев там, ищи! Никита, твою мать, что делают с теми, кто под блокатор попал⁈ Быстрее!!!» Вздохнув, ассистент подобрал фотоаппарат, позволяющий снимать радужку, и стал собирать выпавшие линзы. Его точно прибьют за этот прибор… Профессор, бросивший трубку, откинулся на стуле и, утирая мокрый лоб платком, нервно дёргал ногой. Он не смотрел в одну точку, взгляд его бегал то по потолку, то по Киркову, то по нему, бедному Семёну… Только глаза у Горячева были отстранённые — он был не здесь, а где-то далеко. Семён знал, что в таком состоянии профессора лучше вообще ни о чём не спрашивать. Сейчас на стуле сидела пороховая бочка со звучной фамилией Горячев. |