Онлайн книга «Квантум»
|
Дальше я как во сне подписал все бумаги. Мне кажется, я был готов дать согласие разобрать меня по клеточке на атомы, причём без анестезии, лишь бы снова услышать это самое «не виновен». Меня водили по кабинетам, где лаборанты и профессора в белых халатах, с частично безумными взглядами измеряли все мои параметры. Наверное, замерили даже те, о которых я и не подозревал. Было, конечно, неприятное ощущение, что я превратился в подопытного кролика. Именно кролика, потому что мои уши и вправду отросли до неимоверных размеров, пока я вслушивался в разговоры учёных и сопровождающего меня генерала. — Сын Киркова? Того самого? А знаете, Никита Сергеевич, это и вправду может сработать, хотя мы даже и не смотрели с этой стороны, — оживлённо бормотал глава лаборатории, профессор Горячев, — Но наследственность может оказаться очень важна! Довольно быстро я понял, что тут практически все знают о моём отце. Правда, в их разговорах часто мелькали такие понятия, как «кроты» и «поражённые». — А почему хромота? А откуда… А как давно… — профессор кивал, слушая мои ответы, — Долго лежали в коме? Ого! И начали ходить? Удивительно. Они с любопытством рассматривали мои шрамы и, не отрываясь, наблюдали, как подрагивают мои руки, когда я пытался выполнить их задания на мелкую моторику. Потом просили повторить всё то же самое, но при этом облепляли датчиками, и таращились в зелёные пузатые мониторы, что-то живо обсуждая между собой. В такие моменты я чувствовал себя уже не кроликом, а мартышкой, которую научили фокусам. — Никита Сергеевич, вы гений! — вдруг воскликнул профессор, наблюдая за неровной линией на экране, показывающей какую-то мою активность. В этот момент я не делал практически ничего, а должен был лишь рассматривать предложенные кляксы. Возникающие ассоциации даже не надо было озвучивать, лаборанты сами видели что-то на экранах, жарко споря между собой. — Ну, что ещё? — недовольно спросил генерал. — Мы ведь и не задумывались над этим, — профессор буквально подпрыгивал на стуле, тыча ручкой то в экран, то в датчик на моём виске, — Повреждения мозга… у него была нарушена координация, но тело смогло срастить… и даже нарастить новые нервные окончания! Он буквально заново учился ходить, при этом некоторые сигналы у него перепутались. О, да, я это помнил. Когда по привычке пытаешься стиснуть пальцы, а реагирует почему-то нога. Было трудно, но мне удалось свыкнуться с этим. — При чём тут это? — Никита Сергеевич, — вдруг сказал я, — Вы обещали рассказать о моём отце. — Я не обещал, — парировал тот. — Как? — профессор оживился, — А вы, молодой человек, ничего не знаете? Я покачал головой. Учёный тут же обернулся на Никиту Сергеевича, и тот лишь отмахнулся. — Бумаги он подписал. Первые мои ощущения, когда я узнал правду, даже сложно объяснить. Обрадовался, или наоборот, разозлился — «какую гадость о моём отце они придумали на этот раз⁈» Но я… вся наша семья даже не могла предположить, насколько горькой может оказаться истина. В наш век гонки между снарядом и бронёй, между энерго-оружием и энерго же защитой, когда фронты остановились уже на много лет по одной линии, победить сможет тот, кто создаст что-то новое. И, кажется, американцы создали такое оружие… — Кроты, — серьёзно сказал профессор. |