Книга Навьи пляски, страница 75 – Ирина Невская, Александр Подольский, Дмитрий Тихонов, и др.

Аркадий шёл по знакомой дороге, которая вела через лес, огибая болото и выводила путника прямо к монастырским воротам. До конца пути оставалось не больше часа, но не только старосте захотелось выговориться этой ночью.

— Эй, друг… – послышался за спиной хрипловатый голос.

Монах совсем не испугался. Если это были грабители, а это, скорее всего, были именно они, то ему действительно нечего было бояться. Деньги за дрова он уже отдал старосте, и, кроме плаща и посоха, отнимать у него было нечего.

— Погодь, – снова раздался сзади голос. Аркадий обернулся, но в темноте смог разглядеть лишь смутный силуэт, который, крадучись, приближался к нему.

— Доброй ночи тебе, путник, – поприветствовал незнакомца Аркадий.

— Ага, и тебе того же.

Силуэт сделал ещё несколько шагов и остановился в паре метров от монаха.

— Ты это… Ты же из этих?

— Из каких? – не понял Аркадий.

— Ну, из этих… Из божественных?

— Я монах.

— Так я же так и сказал.

— Не совсем, – покачал головой Аркадий.

— Ладно, ладно, не обижайся. Мне главное, чтобы ты образованным был по этой части.

— По какой?

— Ну… По всякой небывальщине. Мне позарез кое-что узнать нужно.

Аркадий еле слышно вздохнул. Ему очень хотелось поскорее добраться до монастыря и лечь спать, а вместо этого снова придётся вести беседы непонятно с кем и непонятно на какие темы.

— Ты мне вот что скажи, друг, – не дожидаясь ответа монаха, продолжил незнакомец, – вот эти… ад, рай – они существуют на самом деле?

— Существуют, – кивнул Аркадий.

— А как туда попасть? Желательно, конечно, в рай. Мне кажется, что там поинтереснее будет.

— Ну, что же это за вопрос? – удивился монах. – В эти места попадают души людей только после смерти.

— Это я уже слышал сто раз, только вот враньё это всё.

— Почему же враньё?

— А потому, что помер я уже, а никуда моя душа не попала. Вот, шатаюсь по лесам, как дурак, и не знаю, что мне делать.

— Как это – помер?

— Натуральным образом помер. Меня даже прикопали и цветочки посадили сверху. Только билет забыли выдать в этот твой рай.

Аркадий шагнул к незнакомцу и, схватив его за плечо, потряс из стороны в сторону.

— Ты пьяный, что ли?

— Никакой я не пьяный. Мёртвый.

Монах отпустил плечо незнакомца и приблизил ладонь к глазам. На ней остались чёрные полосы от земли, которой, видимо, был вымазан этот странный человек с головы до ног.

— Вурдалак я, понимаешь? – наконец признался незнакомец.

— Ну, точно пьяный, – утвердительно кивнул Аркадий. – Не бывает в природе никаких вурдалаков. Это противоестественно.

— А людей дурить про рай – это не противоестественно? – возразил ночной скиталец. – Нет, я же за всех не могу говорить – может кто-то и попал в этот рай, но у меня вопрос по моей персоне. Я-то почему здесь, когда все там? Если нагрешил я при жизни, так пусть меня в ад отправят, чего меня здесь-то маринуют? Вот раз ты из божественных, то и отвечай на этот вопрос. Кому мне ещё жаловаться, как не тебе?

Аркадий повёл носом. Нет, запаха алкоголя не было, но вместо него в нос ударил аромат затхлости и прелости. Как из разрытой грибницы. Или гробницы.

— Не бывает никаких вурдалаков, – снова произнёс монах.

— Нет, ну что за человек, а? Я ему говорю – помер я, а он…

Вурдалак вдруг сел на землю и, обхватив голову руками, захныкал. Аркадий внимательно наблюдал за странным человеком.