Онлайн книга «Золотые корабли»
|
Анил за все прошедшие дни не объявлялся. Хасту это очень радовало. «Как бы дать знать арию, чтобы тот и дальше сидел в лесу тихо и ждал до поры?» Какой такой поры? Вот бы знать… Густое варево – то ли каша, то ли похлебка с мясом и грибами – забулькало, над котелком поплыло облако пара. Метта принюхался, сглотнул: — Как ты это делаешь? Вроде все то же самое, что я… — Жизнь научила, – отмахнулся Хаста. — Если Зарни понравится твоя стряпня, он тебя никогда не отпустит. — Он и не собирается меня отпускать, – пожал плечами жрец. Метта склонился над котелком, будто помешивая еду, и вполголоса сказал: — Я тут все слушаю разговоры слуг, расспрашиваю, выведываю, как ты просил… Бьяры страсть любят сплетничать. А уж от скуки-то чего только не сболтнут! Перед Зарни они, конечно, благоговеют, но сидеть в глухомани без дел уже им поднадоело… Хаста кивнул. Он и сам это видел. Слуг у гусляра было много, все набраны недавно. Самые обычные лесные охотники. Гусляр им не платил – работали они ради чести служить самому Зарни Зьену. — Когда гусляр появился в Бьярме, с ним были другие слуги, – продолжал Метта. – Бьяры говорят – из чужого племени, дривы, что ли… — И где те дривы? Я их тут не видел. Метта понизил голос до шепота: — Их всех убили. — Кто? — Да эти самые бьяры. Ночью забили насмерть по приказу Зарни. — Зачем? – удивился Хаста. — Кто же знает? Зарни приказал – бьяры сделали. Провинностей за дривами никаких не водилось… — Мм… – промычал Хаста. Рассказ мальчика смутил его. Зарни казался человеком мудрым, проницательным и сильным духом. Жестокий и бессмысленный приказ никак с этим не вязался. — А про Варака слыхал? – продолжал Метта. — Да, гусляр его часто вспоминает. Дескать, далеко мне еще до него! — Зарни его скормил медведю. Живьем. Хаста не нашелся что ответить. Он вдруг осознал, что ему неприятно слушать Метту; ему хочется, чтобы мальчик замолчал. А через миг понял причину – и испугался. «Я не хочу знать про Зарни плохое, – понял жрец. – Эге, да он меня исподволь очаровывает… Еще немного, и восхищаться им начну!» Вслух он небрежно спросил: — Чем же ему Варак не угодил? Метта развел руками: — Понятия не имею! — Ладно, к делу. Ты выяснил, давно они сидят в Замаровой пади? — С первого весеннего полнолуния. — Почти месяц! – покачал головой Хаста. – Получается, после резни в Белазоре Зарни направился прямо сюда… А до того? — Зарни пришел сюда из Яргары. Тамошний правитель Каргай сперва схватил его как бунтовщика. Точнее, Зарни сам ему сдался. А потом глядь – и Каргай уже всей душой ему предан! — Ну конечно, – пробормотал рыжий жрец. Вот, значит, откуда все пошло! Хаста вспомнил, как сам морочил голову правителю Яргары. Даже у него это получилось безо всякого труда – а уж у Зарни! Хитрый, но невежественный и суеверный Каргай оказался для чародея-гусляра легкой добычей. И отличной первой ступенью к власти над Бьярмой… — Дальше – больше, – продолжал Метта. – К весеннему солнцевороту Каргай на Зарни чуть не молился. Приказал тот всех арьев в озере утопить – так и сталось… Видно, вести дошли до Аршалая, и тот нагрянул в Яргару лично, с изрядным войском. Как раз на праздник очищения и прибыл, когда последних добивали. Народу тьма, песни, пляски, угощение; тут хороводы водят, там арьев топят… И тут Аршалай – да прямо к нашему гусляру. «Ты, говорит, мятежник и колдун, я тебя раскусил. Стража, убейте его на месте!» Каргай не успел и за меч схватиться, как Зарни воскликнул: «Хватайте ящера!» – и на гуслях волшебную песню заиграл. И вот тут пошла потеха! Народ кинулся на Аршалая, его собственное войско против него обернулось! Бьяры говорили – даже не подозревали, что наместник Бьярмы умеет бегать, да еще так быстро… |