Книга Игла из серебра, страница 138 – Яна Лехчина

(Потом Чарна признает: положа руку на сердце, в Птичьем тереме не произошло ничего по-настоящему пугающего. Дали зелье от кошмаров? Что ж, в этом был смысл. Заперли окно в комнату Юргена? Может, безопасности ради. Но в то мгновение, когда Чарна стояла подле беззащитного Юргена, не способного управлять ни умом, ни телом…)

Всё, что говорила Ляйда, и всё, что сделала Уршула – или кто-то, кто оставил Юргена здесь, – заиграло новыми красками.

Внутри забурлили ярость и страх. Тут же окрепла решимость убраться отсюда во что бы то ни стало. Когда Кажимера сняла с Юргена заклятие, она сказала, что разуму Юргена нужно время – только время, и ничего больше. Так пусть Юрген проведёт его подальше от её терема.

Может, Чарна ещё пожалеет об этом, но, в конце концов, – (тут она мысленно усмехнулась), – никто никогда не называл её умной.

— Юрген. – Она похлопала его по щекам. – Юрген, ты меня слышишь?

Он с трудом приподнял веки. Глаза были затуманенные, осоловелые.

Чарна притянула к себе прохладу ночной тьмы, обернула ею свою руку. Зажмурившись, дважды ударила Юргена по лицу – холодные шлепки пошли на пользу.

— Ай! – Юрген распахнул глаза. – Ч-чего д-дерёшься?..

Взгляд – всё ещё рассеянный. Язык заплетался.

— Юрген. – Чарна обхватила его виски холодными ладонями. Заставила ночной воздух обдуть его так, что зашевелился вихор на темени. – Нам нужно уходить.

Она помогла ему сесть и обуться. Отыскала его пояс с кошелём и парой ножей и, полуобняв Юргена, заново его повязала.

— Встать сможешь?

Юрген послушно закивал. Когда Чарна предложила ему опереться на неё, он потянулся к ней доверчиво, как ребёнок. У Чарны ёкнуло сердце – что, если с ним уже сделали что-то непоправимое? Создатель чудовища или чародейки Звенящего двора – а может, все вместе, если они в сговоре.

— Вот так. – Чарна помогла Юргену дойти до окна. Попросила шёпотом: – Только тихо, ладно?

Он и так молчал. Даже не спрашивал, куда они. Чуть покачиваясь, перелез через подоконник – Чарна боялась, что не удержит Юргена, однако, похоже, его тело было крепче, чем разум. В саду ему и вовсе стало легче: шаг стал твёрже, спина – чуть ровнее, но Юрген по-прежнему брёл, как овечка на привязи.

В саду шелестел ветер. Чарна тревожно озиралась – вот-вот заметят же, ну?.. Ночь стояла глубокая, почти беззвёздная, и луну сейчас заволокло облаками – хорошо и для побега, и для того, чтобы переломать себе ноги. Чарна шла, стиснув зубы, перекинув руку Юргена через свою шею, – она помнила, где находились конюшни, но добраться до них в темноте…

Кажимера убьёт её, если узнает о краже, – хотя при этом Чарна не сомневалась, что убегать нужно именно на волшебном коне. Иначе Юрген не справится. А при случае всё равно наказание обрушится на неё одну.

— Подожди меня тут. – Чарна прислонила Юргена к бревенчатой стене конюшен. Луна показалась из-за облаков, выделила его потерянное лицо. Но Юрген снова только кивнул – (неужели, подумала Чарна мельком, любой мог увести его из терема? Или он просто настолько ей доверял?).

На конюшнях, конечно, тоже были защитные чары.

Пришлось повозиться.

Двери пронзительно заскрипели. С таким же успехом можно было вынести их плечом, но способов поискуснее Чарна не знала, поэтому, закляв древесину, заставила её ввалиться внутрь. Волшбу же, как и в прошлый раз, принялась растворять раскалённым воздухом…