Книга Немезида ночного ангела, страница 467 – Брент Уикс

— Сестры, у нас осталось всего несколько секунд, – напряженно говорит Проспайя. Затем, чеканя каждое слово, повторяет: – Груз в сохранности?

Никто не отвечает.

— Сестры… – произносит она, угрожающе понизив голос. – Где ребенок?

— Клянусь, я в точности исполнила все, что мне поручили! – говорит темноволосая карманница из второй группы.

— Как и я! – вторит ей другая, незнакомая мне сестра.

— И я!

Никто не виноват. Как всегда.

— Кормилицы не посмели бы нас предать, – говорит сестра Мелена. – Мы подкупили их, шантажировали и предложили немедленно предоставить убежище, если вдруг…

— Заткнитесь! Все заткнитесь! – говорит сестра Проспайя. – Я требую, чтобы каждая из вас сию же секунду посмотрела мне в глаза и поклялась, поклялась самим Серафимом и вашей преданностью Часовне, что вы не знаете, где ребенок!

— Клянусь всем, – без колебаний отвечает Мелена, глядя ей в глаза.

Голоса других сестер сливаются в хор таких же ответов. На лице каждой написана невинность блудницы. Но сестре Проспайе этого недостаточно. Она заставляет всех замолчать, указывает на каждую по очереди и требует, чтобы они произнесли клятву, глядя ей прямо в глаза.

Возможно, она поняла то же, что и я: среди них есть предательница или шпионка, которая каким-то образом выдала их тайник имперцам – иначе откуда чинуша узнал, где ему искать сундук?

Или же все это – лицедейство, представление для одного-единственного зрителя – меня. Может быть, настал тот момент, когда сестры меня предадут.

С тяжестью на сердце я отворачиваюсь и не смотрю, как каждая чародейка клянется в своей невиновности. Разве я смогу понять, лгут они или нет? Наверное, когда-нибудь, если проведу с ка'кари несколько веков, я этому научусь, но не сегодня.

Я смотрю в сторону императорского корабля. На причале затылком ко мне стоит высокий мужчина. Скорее всего, это король Рефа'им.

«Как тебе это удалось, чудовище? Как ты нас одолел?»

Или наш провал – не его заслуга, а всего лишь результат некомпетентности сестер?

Затем я вижу, как к кораблю подходит сама императрица. Даже с такого расстояния ее ни с кем не спутать. Человек, в котором я узнал Рефа'има, делает к ней шаг, и слуги в белом расступаются перед ним. Пухлая женщина в платье с красными лацканами, сложенными крест-накрест, осторожно отходит в сторону, чтобы ее не столкнули в воду обнимающиеся монархи. Да, это и в самом деле Рефа'им; он прощается со своей королевой, со своей добычей, целуется с ней.

Он победил меня. Вся ненависть, бушующая в моем сердце, бессильна. Я ничего не могу сделать. Если только…

Я резко оборачиваюсь, делаю шаг и, оказавшись среди сестер, сбрасываю невидимость.

Их невнятный гомон стихает.

— В этом с самого начала и заключался ваш план, да? – говорю я, надвигаясь на сестру Аяйю. – А сейчас настал момент предать меня, верно?

— Тише, ночной ангел, – говорит Жасмин Жаквет. Он держит в руке короткий клинок, но, судя по всему, не хочет пускать его в ход. Рядом с ним стоит женщина-шкаф, которая вооружена точно так же и, наоборот, просто жаждет этого. Скорее всего, она – силачка из другой группы.

— И где же наживка? – спрашиваю я. – О какой зацепке вы вспомните в последнюю секунду, чтобы выдворить меня со своего корабля? Как собираетесь от меня теперь избавляться, а? Сначала попробуете одурачить, а если не выйдет, то и прикончите, верно?