Книга Немезида ночного ангела, страница 434 – Брент Уикс

От этих сомнений мне становится больно.

— Ты думаешь, что нравишься мне? Ха. Какое нескромное заявление, тебе не кажется? – Я наклоняюсь к ней и целую в шею. – А доказательства у тебя есть?

Она слегка надувает губки и вытягивает шею. Во мне пробуждается гидра. Вожделение. Кажется, будто свет в комнате приглушается, и остается лишь Ви; она словно сияет, и все мое внимание приковано к ней. Она сплетает наши ноги и кладет мою руку себе на грудь.

В моей голове проскальзывает мысль, что сейчас Виридиане нужно не заниматься любовью, а поговорить по душам. Наши отношения изменились. Возможно, мы что-то в них разрушили. Нам нужно поговорить, понять, что мы сделали и что будем делать дальше. Нам нужно понять, все ли между нами будет хорошо.

— Ви, нет, остановись. Я думаю…

Но, глядя на нее, я теряю нить мысли. Ее запах, ее голос, ее теплое дыхание, ласкающее мое ухо, опьяняют меня.

— Не знаю, – говорю я, чувствуя, как дает трещину моя решимость. Впрочем, я сам не понимаю, чего именно «не знаю». Мы явно совершаем ошибку, нам явно нужно поговорить. Но я уже все испоганил. После этого мы не сможем остаться друзьями. Все уже потеряно. Менять что-либо уже поздно. Так почему бы нам не воспользоваться этой ночью в полной мере и не получить от нее как можно больше удовольствия, да?

Но ведь это будет неправильно. Я чувствую себя эгоистом. И неохотно, с сожалением отстраняюсь от Ви.

Впрочем, она меня не отпускает.

— Кайлар, если мы будем слишком много говорить, я все испорчу. Пусть у нас будет хотя бы эта ночь, ладно? Ты нужен мне. – Она переходит на шепот, и в конце остается только тепло наших тел, золотое сияние ее волос, ее запах, дурманящий мне голову, и рев моего вожделения, заглушающий робкие возражения разума.

После этого Ви начинает вытворять со мной то, отчего я напрочь забываю про разговоры. Я знаю, что мне нельзя отдаваться ей на милость… однако я отдаюсь. Полностью. С радостью.

Но почему-то после этого раза, в отличие от прошлого, я чувствую себя хуже. Кажется, будто она заткнула рот настоящей Ви, а я позволил ей это сделать и помог в этом. И теперь я запоздало замечаю, что она почему-то вела себя равнодушно, двигалась как будто по привычке. Как будто, когда наши тела слились воедино, она от своего отстранилась.

Может быть, я сделал что-то не так? Например, назвал ее Эленой, когда мы…

~– Нет. Не называл.~

«Фу. Мог бы и не напоминать, что ты все время был с нами».

Может быть, она просто не хотела говорить. Не хотела отвечать на мои вопросы. Или, может быть, она думала, что должна заплатить за мое молчание близостью.

От этой мысли мне становится тошно. Меня как будто предали. Чем я заслужил такое отношение? Почему она думает обо мне так плохо, почему считает, что не могла просто попросить: «Я сейчас не хочу говорить. Давай просто полежим вместе?»

Но я измотан, и поэтому, невзирая на всколыхнувшуюся обиду, засыпаю.

Проснувшись, я вижу, что Ви рядом нет. Не вставая с кровати, я потягиваюсь и слышу приглушенные голоса, доносящиеся из коридора. Говорят две женщины, одна из них – Ви.

— Тс-с-с! – шипит она. – Тише. Он все еще в каюте.

В ответ раздается невнятное бормотание, но по восходящей интонации я понимаю, что это вопрос.

— Да, я уверена. Он несколько дней не спал. Или вообще не спал. Он… – Ви говорит что-то еще, но мне не разобрать слов. Наверное, стоит встать с кровати.