Книга Немезида ночного ангела, страница 136 – Брент Уикс

— Знаете, – ответила Ви, – мне… еще так много нужно прочитать. Давайте позже.

Сестра Ариэль смотрела в пустоту. Затем мечтательно произнесла:

— «От жажды ты одна спасешь меня. / Из чресл моих налившихся вот-вот / Извергнется стремительный поток». Ну сама посуди, какая глупость. Разве можно испытывать жажду – то есть нехватку жидкости – и одновременно наполниться ею так, чтобы откуда-то излился целый поток? Какой наивный мальчик… Но милый.

Четыре лошади. У трактира, где остановились Фаэна и я, стоят четыре незнакомые мне лошади, оседланные и разгоряченные. Мальчишка-конюх держит в руках их поводья. Говорит, ему заплатили, чтобы он за ними присмотрел. Хозяева зашли в трактир ненадолго. Но ведь уже поздно? Впрочем, наверное, ничего подозрительного в этом нет. В здешних местах дневное солнце палит нещадно, и многие ложатся спать посреди дня, а вечером и ночью продолжают свои дела. Так что, возможно, я надумываю, вижу опасность там, где ее нет, как с теми мальчишками на окраине города. Быть может, какая-нибудь компания друзей заехала сюда просто пропустить по стаканчику.

Конюх перекладывает все поводья в одну руку и протягивает свободную, чтобы забрать мои, но я не спешиваюсь.

— Всадников четверо или трое? – спрашиваю я, указывая на лошадей. Кидаю мальчику монету.

Он неловко ловит ее свободной рукой. Отвечает:

— Четверо. А что?

Если я не выдумываю, то Фаэну приехали убивать, а не похищать. Я понукаю коня, завожу его за угол, в переулок, и резко натягиваю поводья, чтобы остановиться под нашим окном. Встаю в седле, после чего бесшумно перепрыгиваю на крышу, рядом с нашим потайным люком-окном.

Изнутри доносится треск выламываемой двери. Через окно я вижу, как в комнату врываются двое вооруженных мужчин.

— Они ушли! – восклицает первый.

— Обыщите все! – приказывает им человек постарше, оставшийся в коридоре. – Не забудьте, что нам говорили про здешние секреты. Мы постоим на стреме снаружи. И еще, сынок!..

Секреты? О каких секретах они говорят? Стекла окна полностью закопчены, но внизу осталось небольшое прозрачное пятнышко, через которое гости вроде меня по возвращении могут проверить, пуста ли комната. Сквозь него я вижу подростка и пожилого человека в коридоре… но не второго мужчину, который отошел вглубь комнаты.

— Что… сэр? – недовольно спрашивает парнишка.

— Не позволяй им говорить. Особенно бабе. Она красивая, вся из себя такая мягкая и беспомощная. Прирежь ее, как только появится возможность, понял? И его тоже. Они – маги. Выжгут нас изнутри безо всяких колебаний, слышишь меня?

— Пап… – говорит парнишка таким тоном, словно отец его позорит. – Я все понял.

— Первое дело всегда выдается непростым, а это так вообще чертовски сложное. Но я знаю, что ты справишься.

— Пап. Я понял!

Мужчины, стоявшие у двери, исчезают. Через секунду я слышу щелчок. Наемникам известно, как открыть потайной выход, и, возможно, не только это. Каким-то образом секреты Общества попали в чужие руки – либо их продали, либо выкрали, либо вырвали силой.

Я оглядываюсь по сторонам. Фонарщики уже вовсю трудятся на самых загруженных перекрестках и у торговых лавок, стремясь сдержать натиск ночи, но даже там, куда пока не дотянулся свет их огней, тьма еще не полная. Я проехал вглубь переулка всего шагов на десять, а отходит он от оживленной улицы. Свидетелей много, хотя мало кто бросает взгляд в эту сторону.