Онлайн книга «Адмирал Империи – 59»
|
Тактика фортов была очевидной и безжалостной: уничтожить лидеров, обезглавить атаку. — Защитные поля «Адмирала Пантелеева» на семидесяти двух процентах! — голос оператора срывался. — Нет, уже шестьдесят пять! Шестьдесят! Минута боя. Одна минута — и флагман восточного клина уже потерял сорок процентов защиты. — «Кореец» докладывает о критической просадке щитов! — ещё один крик. — Поля на пятидесяти процентах и падают! Валериан Николаевич рванулся к пульту связи: — «Адмирал Пантелеев», это «Новороссийск»! Продолжать атаку! Сблизиться и бить в упор! Таранная атака! Голос командира линкора — капитана первого ранга Кирсанова — звучал напряжённо: — Господин вице-адмирал, мы не можем пробить их защиту! При текущей интенсивности огня через три минуты мы потеряем поля полностью! — Тогда уходите под защиту других кораблей! Пусть клин перестроится, выдвинет вперёд свежие вымпелы! — Выполняю! Но перестроение под огнём — сложнейший манёвр. Корабли восточного клина попытались сменить лидера, пропуская вперёд крейсера с неповреждёнными щитами. И в этот момент строй смешался. Форты не упустили такой возможности. Концентрированный залп — все орудия одной части полусферы, около десяти стационарных батарей — обрушился на «Адмирала Пантелеева» в момент, когда линкор разворачивался, подставляя борт. — Критическое попадание! — заорал оператор. — «Адмирал Пантелеев» потерял защитные поля! Прямое попадание в машинное отделение! Корабль теряет ход! На карте отметка линкора мигнула красным — критические повреждения. Флагман восточного клина, гордость ударной группы, превратился в беспомощную мишень за две минуты боя. — Клину — рассредоточиться! — раздался полный отчаяния и безнадежности голос Кирсанова в эфире. — Всем кораблям — выходить из-под огня! Рассредоточиться! Приказ был правильным — единственно возможным в этой ситуации. Но он означал конец атаки. Корабли восточного клина начали расходиться в стороны, ломая строй, пытаясь выйти из зоны поражения. — «Кореец» запрашивает разрешение на отход! — прозвучал новый доклад. — Западный клин под интенсивным огнём! Головные корабли потеряли более половины защиты! Суровцев схватил микрофон: — Веригин! Продолжать атаку! Не отступать! — Господин вице-адмирал, — голос капитана «Корейца» был едва слышен сквозь помехи, — мы не можем пробить их защиту! Это бессмысленно! Ещё минута — и у меня не останется боеспособных кораблей! — Это приказ! — Я понимаю, господин вице-адмирал. Но приказ выполнить невозможно. Мы уходим. Связь оборвалась — или Веригин сам отключился, чтобы не слышать больше криков командующего. На карте западный клин рассыпался, повторяя судьбу восточного. Корабли метались в разные стороны, пытаясь выйти из-под убийственного огня стационарных батарей. — «113-ый» уничтожен! — голос оператора. — Прямое попадание в реакторный отсек! Экипаж не успел эвакуироваться! — «Дерзновенный» получил критические повреждения! Теряет атмосферу! — «447-ой» столкнулся с обломками станции! Пробоины в корпусе! Хаос. Полный, абсолютный хаос. Корабли Суровцева метались по космосу, как испуганные рыбы, спасаясь от хищника. Некоторые — о позор! — прятались среди руин разрушенной станции, используя обломки как укрытие от орудий фортов. Те самые обломки, которые они сами создали своей бомбардировкой. Ирония была бы забавной, если бы вице-адмиралу было до смеха. |