Книга Адмирал Империи – 55, страница 46 – Дмитрий Коровников

Появление в «Сураже» законного императора было бы воспринято как акт доверия к балтийцам, подчёркивало бы их значимость. А гордости офицерам Балтийского космофлота было не занимать. Принять императора, дать ему убежище и защиту — это означало бы для них историческую роль в сохранении династии.

Наступила пауза, во время которой каждый обдумывал услышанное. Я видел, что Хромцова не полностью убеждена, но и не находит явных изъянов в моей аргументации. Таисия выглядела задумчивой, но, кажется, склонялась к моей точке зрения. Решающее слово, однако, оставалось за императором.

Иван Константинович сидел молча, сосредоточенно глядя на голографическую карту. Его детское лицо приобрело странно взрослое, почти старческое выражение — словно через эти юные черты проглядывала мудрость многих поколений правителей.

— Я поддерживаю план контр-адмирала Василькова, — наконец произнёс он. — Мы направимся в систему «Сураж».

Хромцова слегка поджала губы, но тут же справилась с собой.

— Будет исполнено, Ваше Величество, — кивнула она. — Я отдам распоряжения на суда-генераторы, чтобы подготовили портал для прыжка в этом направлении.

Военная дисциплина взяла верх над личными предпочтениями — решение императора не обсуждается, а исполняется.

— Как скоро мы сможем совершить переход? — спросила Таисия.

— При стандартных условиях это займет около шестнадцати часов, — ответила Агриппина Ивановна, сверяясь с данными. — Надо пройти одну за другой четыре звездные системы, если пойдем по прямой, конечно…

— Значит, у нас есть время на отдых, — заметила княжна. — Последние дни выдались… напряжёнными.

Это было мягко сказано. Я тоже чувствовал, как усталость накатывает волнами, но не мог позволить себе расслабиться. Последние три дня мы все существовали на стимуляторах и адреналине. Я не помнил, когда в последний раз по-настоящему спал — только короткие периоды забытья между кризисами.

— Отдых будет не лишним, — согласился я. — Но я бы рекомендовал сохранять боеготовность. Мы не можем быть уверены, что Суровцев не появится неожиданно.

Валериан Николаевич был известен своей настойчивостью и изобретательностью. «Бульдог флота» — так его называли ещё в Нахимовском училище за способность вцепиться в цель и не отпускать до победного конца.

— Не появится, — уверенно заявила Хромцова. — Он не знает, куда мы направились. К тому же, у него нет под рукой судов-генераторов. Ближайшие, насколько я понимаю, находятся у столичной планеты. Ему потребуется время, чтобы добраться туда, подготовить прыжок и начать поиски. А искать нас в секторе — всё равно что иголку в стоге сена.

В её голосе звучала самоуверенность, которую я не разделял. Суровцев не зря считался одним из лучших тактиков флота. Если кто-то и мог найти «иголку в стоге сена» в виде нашей эскадры, то именно он.

— Всё же лучше перестраховаться, — настаивал я. — Разместите дальние патрули и настройте сканеры на максимальную чувствительность.

— Хорошо-хорошо, господин контр-адмирал, — согласилась Агриппина Ивановна, хотя по её тону я понял, что она считает эти меры излишними. — Я отдам соответствующие распоряжения.

Наше совещание прервал сигнал коммуникатора.

— Васильков слушает, — ответил я.

— Александр Иванович, — голос Аристарха Петровича звучал напряжённо. — У нас тревожные данные от сканеров дальнего обнаружения. Рекомендую вам немедленно прибыть на мостик.