Книга Адмирал Империи – 55, страница 27 – Дмитрий Коровников

— Да, он самый, — кивнул Брагин. — Только его повысили до подполковника…

— Ефимов докладывает напрямую Хромцовой, я правильно понимаю?

— Да, в обход меня, — с плохо скрываемой обидой подтвердил командир. — Агриппина Ивановна мне никогда не доверяла, ты же знаешь.

— Тебе не кажется странным, что в такой напряжённый момент Ефимов не на мостике? — спросил контр-адмирал, наблюдая за реакцией собеседника. — Не проводит инструктаж? Не усиливает меры безопасности?

Брагин задумался, на его отёчном лице отразились последовательно несколько эмоций — удивление, озарение, тревога.

— Теперь, когда ты об этом заговорил… Его действительно не видно уже несколько часов. Обычно он постоянно маячит рядом, докладывает, проверяет, вынюхивает… А сегодня как сквозь землю провалился.

Валериан понял, что момент настал. Пора было направить растущее беспокойство Брагина в нужное русло.

— Анатоль, — начал он, понизив голос до интимного шёпота, — я думаю, за твоей спиной что-то затевается. Возможно, новый мятеж.

Реакция кавторанга превзошла все ожидания. Он буквально побелел, капли пота выступили на его лбу, а в глазах мелькнул неприкрытый ужас.

— Мятеж? — едва слышно выдавил Брагин. — Но против кого? Против меня?

— Против первого министра, — отрезал Суровцев. — Подумай сам: Хромцова внезапно меняет тактику, прерывает нашу операцию по уничтожению «Афины», настаивает на личной встрече с мятежниками без свидетелей, возвращается и начинает какие-то тайные переговоры между кораблями… — он сделал паузу. — Не нужно быть гением стратегии, чтобы понять, к чему это ведёт.

Командир «Баязета» нервно сглотнул, его взгляд заметался по экрану, словно в поисках спасения.

— Но почему… Зачем ей это?

Суровцев мысленно усмехнулся. Брагин никогда не отличался аналитическим мышлением, что делало его одновременно и удобным подчинённым, и опасным командиром.

— Вспомни историю 5-ой «ударной», — терпеливо объяснял контр-адмирал. — Большинство экипажей — это ветераны той дивизии, лично преданные Хромцовой. Включая твой корабль. Многие из них до сих пор считают её настоящим командиром, а не первого министра.

— Ещё одного мятежа на «Баязете» я точно не переживу, — пробормотал Анатоль, и глаза его расширились от ужаса. — Когда команда чуть не расстреляла меня там в «Тавриде»… Если бы не Васильков…

— К чёрту Василькова, — воскликнул Валериан. — Теперь он находится на «Афине», и Хромцова только что имела с ним длительную беседу без свидетелей.

Суровцев наблюдал, как на лице кавторанга отразился настоящий ужас. События в системе «Таврида» определённо оставили глубокий шрам в его душе. Тогда он, только назначенный командир «Баязета», при появлении кораблей Речи Посполитой нарушил боевой порядок и увёл свой крейсер, бросив остальную эскадру. Соединение, охраняющее «врата», было полностью уничтожено противником, а члены экипажа «Баязета» подняли мятеж, требуя самосуда над их трусливым командиром.

Лишь вмешательство контр-адмирала Василькова спасло тогда несчастного Брагина от расправы. Военный трибунал на «Новой Москве» благодаря связям Анатоля в высших кругах ограничился временным отстранением от командования. Позже, в разгар конфликта с американцами, его восстановили в должности, вернув на тот же самый «Баязет», но с почти полностью обновлённым экипажем.