Книга Адмирал Империи – 55, страница 19 – Дмитрий Коровников

— Слушаю вас, Ваше Величество, — сказал я, подходя ближе и слегка наклоняя голову.

Иван дождался, пока Таисия и Хромцова покинут аудиенц-зал, и только тогда заговорил, взглянув на меня снизу вверх. Сейчас, вблизи, без голографического освещения, он снова выглядел просто ребенком — очень умным, необычайно серьезным, но все же ребенком.

— Вы уверены, что план сработает, Александр Иванович? — спросил он, и в его голосе я услышал ту неуверенность, которую он так тщательно скрывал в присутствии остальных. В этот момент передо мной был просто обеспокоенный восьмилетний, а не монарх величайшей Империи в истории человечества.

Я мог бы солгать. Сказать, что уверен на все сто процентов. Заверить, что все пройдет гладко, без сучка и задоринки. Но за эти недели, проведенные вместе, я научился уважать его слишком сильно, чтобы врать.

— Нет, Ваше Величество, — честно ответил я, присаживаясь на край стола, чтобы быть ближе к его росту. — Это рискованный план с множеством неизвестных. Но я уверен, что он дает нам наилучшие шансы из всех возможных в данной ситуации.

Иван кивнул, принимая ответ. Его детские черты на мгновение исказила гримаса тревоги, которую он тут же попытался скрыть.

— Спасибо за честность, — сказал он, стискивая руки за спиной и переминаясь с ноги на ногу — редкий момент, когда мальчик-император позволял себе чисто детские жесты. — Вы знаете… Я боюсь. Не за себя. За Тасю, за вас, за всех, кто верен мне и идет за мной. Если мы проиграем…

— Если мы проиграем, Ваше Величество, — мягко перебил я его, опустившись на одно колено, чтобы наши глаза были на одном уровне, — то проиграем с честью. А это уже немало. Но я сделаю все возможное, чтобы мы победили.

Маленький император улыбнулся мне — светлой, почти детской улыбкой, которая так редко появлялась на его лице в последнее время.

— Я знаю, Александр Иванович. И я верю вам, — сказал он, слегка коснувшись моего плеча жестом, удивительно взрослым для ребенка. — Идите, вам нужно подготовиться.

Я поклонился и вышел из аудиенц-зала, застав Хромцову в коридоре. Она ждала меня, привалившись к стене и скрестив руки на груди. Свет аварийных ламп придавал её суровому лицу зловещий красноватый оттенок.

— Ваш, то есть наш император — удивительный ребенок, — сказала она, отталкиваясь от стены и присоединяясь ко мне, когда мы направились к лифтовым капсулам. Её шаги были размеренными и тяжелыми, как у человека, несущего невидимый груз. — Не думала, что в восемь лет можно быть… таким.

— Война престолов быстро взрослит, — ответил я, оглядываясь на ремонтную бригаду, суетившуюся у одной из технических шахт. Искры от сварочного аппарата разлетались веером, создавая странную, почти праздничную иллюминацию в тусклом коридоре.

— Дело не только в этом, — покачала головой Агриппина Ивановна, задумчиво проводя рукой по волосам. — В нем есть что-то… особенное. Что-то, что нельзя объяснить только воспитанием или обстоятельствами. Но все же, — она понизила голос, словно опасаясь, что нас могут подслушать, — как вы думаете, его участие действительно необходимо? Это большой риск.

— Необходимо, — кивнул я, не колеблясь ни секунды. — И более того, я думаю, это может стать решающим фактором.

— Вы верите, что мальчик способен убедить закаленных в боях космоморяков нарушить прямые приказы своих командиров? — В голосе Хромцовой звучал нескрываемый скептицизм, подчеркнутый легким постукиванием пальцев по кобуре табельного оружия — нервная привычка, о которой она, возможно, даже не подозревала.