Книга Наш неоконченный роман. Молчун ты мой любимый, страница 25 – Ирма Гринёва

Все эти изумительные красоты Тоня и Полинка увидели в Казани воочию. И оттого, что они предварительно познакомились с ними по интернету, те ничуть не поблекли, а наоборот, заиграли новыми красками. А ведь было ещё много чего ещё!

Сказки и легенды были на каждом шагу пешеходной улицы Баумана, и даже в оформлении метро: с потолка станции Кремлёвская за вами наблюдает огнедышащий дракон Зилант, а её стены украшены яркими сценками из восточных сказок. Станция Габдуллы Тукая, названная в честь знаменитого татарского писателя и переводчика, сделавшего так много за свои короткие 27 лет земной жизни, как будто он прожил лет до девяноста, вся выглядит как иллюстрация к его стихотворным сказкам. Всё это уже Тоня Полинке по интернету не показывала. Была мысль купить книжку со сказками Тукая в Москве, но найти не получилось, так что они приобрели их уже в Казани, методично заруливая во все книжные магазины, встречающиеся им по дороге.

А ещё был Зооботсад – клетки и вольеры старенькие, а вот звери откормленные и ухоженные, с блестящей, густой, лоснящейся шерстью. Огромный Город мастеров, в котором Полинка провела полдня и никак не хотела уходить, хотя уже на пятой профессии засыпала от усталости. Парк аттракционов Кырлай, обзорное колесо которого соперничает с таким же колесом в аквапарке Ривьера. И не только с какого из них вид на противоположный берег Волги лучше, но и кто ярче сверкает подсветкой вечером. И, если Город мастеров, парк аттракционов и аквапарк ничего уж совсем необычного из себя не представляют, такие и в Москве есть, то ЗАГС Казани, в виде огромного казана со смотровой площадкой на крыше, явление абсолютно оригинальное. А его ночная подсветка – абсолютный победитель и парка, и аквапарка.

Мостовые древней Татарской Слободы оказались сплошь зашиты в современную плитку, прямо как в Москве, и из-за этого её пёстро раскрашенные дома и ворота казались не такими уж и древними, а скорее похожими на какие-то киношные декорации. Тем более что гладь озера Верхний Кобан рассекали катамараны в виде современных автомобилей – кадиллаков и седанов.

…Дворники не справлялись с потоками воды, Ромка почти ничего не видел и сбавил скорость. Только это спасло его от лобового столкновения с фурой, которую занесло на скользкой, как во время гололёда, трассе. Фуру развернуло почти на 180^о, она заехала на разделяющий дорогу газон и остановилась, перегородив наполовину проезд как в одну, так и в другую сторону. Ромка резко нажал на тормоз и вывернул руль, чтобы объехать торчащую поперёк дороги кабину фуры. Его джип занесло и закружило как в вальсе. Тормоза не справлялись. Пытаясь не столкнуться с машиной Романа, водитель следующей машины тоже был вынужден вывернуть руль. В вальсе закружились уже две машины.

Ромка бесполезно жал на тормоз – машина его не слушалась. Благодаря кружению, ему казалось, что скорость только увеличивается. Справа был глубокий кювет. Ромка побоялся, что машина перевернётся, если он вырулит туда. Кроме того, он не мог рассмотреть в зеркало заднего вида, есть ли там ещё машины, которые могут ударить его в бок при таком манёвре. И Ромка хладнокровно решил выехать на газон, чтобы загасить скорость.

Джип подпрыгнул, ударившись колёсами о бордюр, и вылетел на встречную полосу. Там опять пришлось в ритме вальса объезжать встречные машины, пока каким-то чудом Ромка не углядел просёлочную дорогу, примыкающую к трассе. Там, увязнув в хляби разбитой колеи, джип, наконец, остановился.