Книга Кошка, которая гуляла сама по себе. Ох, и странные, эти русские! От сердца к сердцу мост, страница 70 – Ирма Гринёва

Даша, убаюканная царившей в последнее время в её отношениях с мужем идиллией, уже и забыла о назначенном сроке, а вот Дмитрий Андреевич ничего не забыл…

⁹ – неточная цитата из письма А. С. Пушкина к своему другу поэту Петру Вяземскому по поводу окончания трагедии «Борис Годунов»: «…Трагедия моя кончена; я перечел ее вслух, один, и бил в ладоши, и кричал, ай да Пушкин! ай да сукин сын!». Служит для шутливого выражения радости от удачно выполненной работы, блестяще реализованного замысла и т. д.

¹⁰ – строфа из стихотворения А.С.Пушкина «Мадонна», посвященного его жене Н.Н.Гончаровой

Не множеством картин старинных мастеров

Украсить я всегда желал свою обитель,

Чтоб суеверно им дивился посетитель,

Внимая важному сужденью знатоков.

В простом углу моем, средь медленных трудов,

Одной картины я желал быть вечно зритель,

Одной: чтоб на меня с холста, как с облаков,

Пречистая и наш божественный спаситель –

Она с величием, он с разумом в очах —

Взирали, кроткие, во славе и в лучах,

Одни, без ангелов, под пальмою Сиона.

Исполнились мои желания. Творец

Тебя мне ниспослал, тебя, моя Мадонна,

Чистейшей прелести чистейший образец.

16

Даша уже начала дремать, когда дверь в её комнату открылась, и, на фоне горящего в коридоре света, она увидела коренастую фигуру мужа. Он быстро скинул халат, поднял одеяло и нырнул под бочок к жене. Дежавю, – подумала Даша. И на швы уже не сошлёшься, что же делать?

Почему обязательно надо сопротивляться, Даша бы ответить не смогла. Просто, как заняла оборонительную позицию, так и продолжала действовать. В этот раз она решила воспользоваться его же собственными уроками. Расслабиться, а потом – хрясть! по голове настольной лампой, что стояла рядом на прикроватном столике (урок №3). А для этого надо пододвинуться к столику поближе, что Даша и сделала (урок №2).

Но ей так и не удалось осуществить ни того, ни другого. Как только Даша расслабилась, тело мужа перестало давить на неё железобетонной плитой, его жаркие губы в одно мгновение довели до кипения её кровь, а ласковые руки так быстро воспламенили её тело, что она сама ринулась ему навстречу, пытаясь соединиться с ним ещё плотнее, расплавиться, просочиться ему под кожу.

Взрыв бешеного удовольствия… Чей-то хрустальный смех издалека, как через вату… И Даша провалилась в сон. «Давно бы так», – удовлетворённо подумал Дмитрий Андреевич. У него кружилась голова, но он ещё нашёл в себе силы устроить заснувшую жену поудобнее на своём плече и подоткнуть вокруг неё одеяло…

Дашу разбудил призывный плач Стёпушки. Полусонная Даша выползла из-под одеяла, удивилась, что забыла надеть пижаму, потом вспомнила об интимной близости с мужем, посмотрела на него через плечо. Димка так счастливо улыбался во сне, что она непроизвольно заулыбалась тоже, и ей ужасно захотелось опять почувствовать на себе тяжесть его тела. Но Стёпушка трубил всё громче, груди налились молоком – вот-вот брызнут! И Даша, накинув халат, отправилась к сыну.

Вернувшись в спальню через полчаса, она застала такую соблазнительную картину, что застыла на пороге комнаты. Свет в коридоре выхватывал из темноты распластанную на кровати мощную фигуру мужа. Его глаза призывно блестели отражённым светом луны, пробивающимся сквозь ветки деревьев за окном. Он увидел, с каким жадным интересом рассматривает его жена, и закинул руки за голову, приняв вальяжную позу – мол, смотри-смотри, любуйся, погляди, чего сама себя лишала.