Книга Золото, перина и ночная чертовщина, страница 29 – Флор Веско

Садима рассмеялась. Она выкрикнула присказку вслух, чтобы та не вырвалась нечаянно, когда она увидится за завтраком с лордом Хендерсоном. На этот раз она хотела сберечь ее в тайне.

Ждет ли он ее сегодня? Садима думала об этом, спускаясь по лестнице. Подходя к столовой, она спрашивала про себя: «Лорд, ты здесь? Чем ты занят?»

Филип, распахнувший перед нею дверь, был сегодня прямее обычного, и она поняла: лорд в столовой.

Лорд встал, поклонился и предложил ей стул. Вчера он не снизошел до нее, она одна и обедала, и ужинала, и вообще была предоставлена сама себе целый день. Этот денди играет с ней. Садима в этом не сомневалась и потому надела маску служанки. Она не посмотрела на стул и, сложив на переднике руки, опустив голову, осталась стоять, как будто ждала его распоряжений. Лорд Хендерсон удивленно поднял брови.

— Доброе утро, Садима. Я подумал, что сегодня мы могли бы с вами немного познакомиться. Садитесь же.

— Да, милорд, – сказала Садима, не шелохнувшись.

— Зовите меня Адриан.

— Да, милорд.

Лорд Хендерсон вздохнул.

— Садима, должен признать, что наше общение началось не лучшим образом. Я не всегда умею верно вести себя с новыми людьми. Вчера утром я и не думал смеяться над вами.

Поскольку Садима по-прежнему молчала, лорд Хендерсон встал и подошел к ней.

— Я был занят мыслями о собственном положении и толком не слушал, что́ вы мне говорили. Впредь я буду внимательнее.

Садима в замешательстве подняла взгляд. Что за чудной лорд! Он что, в самом деле извиняется перед горничной? Дворецкий прав: этот юноша утратил всякие представления о порядке.

Упомянутый дворецкий невозмутимо стоял в углу, но Садима уловила, как едва слышно скрипнули его белые перчатки: он не одобрял происходящего. Но она не собиралась отказывать себе в удовольствии позлить старого слугу. И, усаживаясь рядом с лордом Хендерсоном, победоносно взглянула на Филипа. Мало того, подвигая стул, она нарочно едва не коснулась бедра юноши.

— Поговорим немного, хорошо? – спросил лорд Хендерсон, радуясь, что она как будто смягчилась. – Но только давайте не о погоде.

— Исключено.

Казалось, лорд Хендерсон растерялся.

— Мы непременно должны начать с погоды, – невозмутимо продолжила Садима. – Затем перейдем к садоводству, музыке и сезонным фруктам.

Лорд Хендерсон улыбнулся.

— Поговорим о фасонах платьев, о сюжетах для акварелей и пьесах, что дают в лондонских театрах.

«Ведь таким, как мы с вами, время девать некуда», – чуть не прибавила Садима, но удержала дерзость на кончике языка.

— Вижу, вы неплохо в этом разбираетесь, – сказал лорд Хендерсон. – Так что вам и направлять разговор.

— Обычно разговор направляют мужчины.

Лорд Хендерсон прижал ладонь к щеке, другую к сердцу, подался вперед и часто захлопал ресницами, изображая Маргарет за столом в первый вечер. Пародия удалась. Садима, не удержавшись, расхохоталась от души.

— Ага, совсем другое дело! – воскликнул он радостно.

Возмущенный дворецкий покинул столовую.

— Хорошо, я поведу беседу, – сказала Садима, снова беря себя в руки. – Вам повезло: я сразу перейду к последним сплетням. Обязательно отвечайте мне, и непременно с чувством. Итак, начнем. Вы ведь знаете, что мистер Ремунд заказал себе берлину с искуснейшей отделкой, целиком обитую внутри бархатом? Он отдал за нее девяносто с лишним фунтов!